Фамилия Красногрудский — одна из тех, что звучат почти как прозвище, и это ощущение не обманывает. В её основе лежит яркий, запоминающийся признак: «красная грудь». Так могли назвать человека с рыжей или русой бородой, но скорее всего — птицу, а уже от неё — человека.

Словообразовательная модель здесь прозрачна: прилагательное «красногрудый» плюс типичный для польской и западнорусской традиции суффикс -ский. Такие фамилии на -ский часто указывали на принадлежность к месту или роду, но в данном случае перед нами не топоним, а характеристика. Красногрудский — это буквально «тот, кто красногрудый». В русских говорах «красногрудкой» называли снегиря, зарянку или малиновку — птиц с яркой грудкой. Прозвище Красногрудый мог получить охотник, птицелов или просто человек с румяным лицом или рыжей бородой, которого сравнивали с птицей.

В отличие от фамилий на -ов/-ев, которые в большинстве своём закрепились в крестьянской среде, фамилии на -ский в XVII–XIX веках чаще встречались у духовенства, мещанства и мелкой шляхты. Красногрудский мог принадлежать священнику, которому дали «птичью» фамилию при поступлении в семинарию (такие случаи известны: семинаристам нередко присваивали фамилии по внешним признакам или повадкам), либо выходцу из западнорусских земель, где модель на -ский была особенно распространена.

Географически фамилия редкая. Встречается преимущественно в Беларуси, на западе России и в восточной Польше — на территории бывшей Речи Посполитой. В дореволюционных метрических книгах Красногрудские фиксируются в Могилёвской, Витебской и Смоленской губерниях. Встречается и вариант написания Красногрузский — результат диалектного произношения или ошибки писаря.

Спорных версий здесь немного. Можно было бы предположить связь с топонимом Красногруд (такого населённого пункта нет) или с польским словом «gród» (крепость), но это натяжка: основа «груд-» в русском и белорусском языках однозначно указывает на грудь. Поэтому самая правдоподобная версия — прозвище по внешнему сходству с птицей или по цвету бороды/лица.

В современной России фамилия остаётся малочисленной. Её носители — потомки тех самых «красногрудых» людей, которых когда-то прозвали за яркую внешность.