Фамилия Красновекины — яркий пример того, как прозвище, данное по занятию или внешнему признаку, закрепилось в роду и превратилось в фамилию. Её основа — прозвище Красновека, которое состоит из двух частей: прилагательного «красный» (в старину — красивый, нарядный, а также цветной) и существительного «века». Слово «века» неоднозначно, и именно эта неоднозначность даёт сразу две версии происхождения.

Первая версия отсылает к сельскому труду. Векой в некоторых говорах называли процесс очистки зерна от шелухи — провеивание или особый способ обмолота. Тогда Красновекой могли прозвать крестьянина, который отличался умением или имел отношение к этой работе. «Красный» здесь могло означать либо «красивый, умелый», либо указывать на цвет зерна или орудий труда — но точнее сказать трудно.

Вторая версия связана с городским бытом старого Петербурга. Слово «века» возводят к финскому veikko — «друг, товарищ». Так в столице называли финнов-извозчиков, которые на Масленицу выезжали на праздничных санях, украшенных лентами и бубенцами. Прозвище Красновека мог получить именно такой извозчик — с нарядной, «красной» упряжкой. Эта версия объясняет и характер прозвища: оно не столько описывало постоянное занятие, сколько бросающуюся в глаза особенность — яркое убранство лошадей.

Какая из версий правдоподобнее? Вторая выглядит более конкретной: она привязана к определённому городу и социальной группе, а связка «красный» (красивый) + финское «векка» (товарищ) даёт осмысленное и запоминающееся прозвище для человека заметной профессии. Первая версия — рабочая, но слово «века» в значении «очистка зерна» встречается реже и менее прозрачно для прозвища.

Фамилия образована по стандартной русской модели: к основе Красновек- добавили суффикс -ин, указывающий на принадлежность: «чей?» — Красновекин, то есть сын или потомок Красновеки. Суффикс -ин типичен для фамилий, образованных от слов женского рода или от прозвищ на -а/-я, как в данном случае.

Встречается фамилия в основном в северо-западных регионах России, что косвенно поддерживает «петербургскую» версию. Окончательно установить место и время её возникновения можно только по архивным записям — метрическим книгам, ревизским сказкам. Но уже сейчас ясно: за фамилией Красновекины стоит либо деревенский мастер по обработке зерна, либо заметный на праздничных улицах столицы извозчик, чья яркая упряжка запомнилась соседям.