Фамилия Кресняков — одна из тех, где корень на первый взгляд прозрачен, но при ближайшем рассмотрении даёт несколько расходящихся тропинок. Модель образования стандартна: суффикс -ов указывает на принадлежность («чей сын?»), а основа Кресняк- — это прозвище или мирское имя человека. Вопрос в том, что такое «кресняк».

Самый прямой путь — к слову «крест». В русских говорах «кресняком» могли называть крестника (крещёного сына по отношению к восприемнику) или, реже, самого крестного отца. Если предок носил такое прозвище, он либо был чьим-то крестником, либо, напротив, сам часто выступал в роли крёстного. В крестьянской среде, где духовное родство ценилось не меньше кровного, такие прозвища были естественны и нередко закреплялись за семьёй.

Вторая версия отсылает к слову «кресень» — так в древнерусском языке называли воскресенье (день воскресения Христа). Отсюда же и «кресник» — человек, рождённый в воскресный день, или тот, кто особенно чтил этот день. В некоторых областях «кресняком» могли назвать и ребёнка, появившегося на свет на Пасху (Светлое Христово Воскресение). Эта гипотеза менее распространена, но лингвистически оправдана: чередование «сень/сняк» встречается в народной словообразовательной модели.

Третья, совсем бытовая возможность — связь с диалектным «кресня» (или «кресник»), что в псковских и тверских говорах означало «кремень», «огниво». Прозвище Кресняк мог получить мастер по высеканию огня или человек с твёрдым, «кремнёвым» характером. Но эта версия менее вероятна: слишком далеко ушло значение, и в фамилиях такой корень почти не фиксируется.

Географически фамилия Кресняков не массовая. Она встречается в центральных и северо-западных областях России — там, где сильны были старые новгородские говоры и где слово «крест» произносили с «е» (а не с «ё», как на юге). Встретить её можно среди крестьянского сословия: прозвища от родственных связей (как и от имён по святцам) были типичны для сельской среды до отмены крепостного права.

Таким образом, наиболее правдоподобно, что первый Кресняков — это сын человека, которого в деревне звали Кресняком: либо крестника, либо крестного. Фамилия звучит по-русски плотно и немного архаично, напоминая о тех временах, когда мирское прозвище могло закрепиться за родом на века.