Фамилия Крикало звучит как готовое прозвище, и в этом её главная загадка. В русском языке слово «крикало» — не имя и не профессия, а скорее характеристика человека по действию. Суффикс -ало в восточнославянских говорах часто превращает глагол в имя деятеля с оттенком постоянного или чрезмерного действия. Сравните: «пищало» (кто постоянно пищит), «визжало», «стукало». По этой модели «крикало» — тот, кто много кричит: скорее всего, капризный, шумный ребёнок или взрослый с громким голосом и вздорным нравом. Такие прозвища давали в быту, и они легко закреплялись за родом.

Но суффикс -ало встречается не только в русских фамилиях. Он характерен и для литовских прозвищ, где часто имеет значение орудия или действующего лица. Это даёт вторую, не менее правдоподобную версию. В литовском языке есть глагол krikti — «расстраиваться», «падать духом», «огорчаться». Если основа фамилии восходит к нему, то прозвище Крикало могло означать человека печального, постоянно чем-то расстроенного или склонного к унынию. В этом случае фамилия — не про крик, а про грусть.

Географически фамилия Крикало тяготеет к западу и юго-западу России, встречается на Украине и в Беларуси — именно в тех краях, где веками пересекались славянские и балтские языки. Поэтому обе версии имеют право на существование, и выбирать между ними стоит по месту бытования конкретного рода: если предки жили ближе к Литве, версия с krikti весомее; если в чисто русских областях — прозвище от «крика» логичнее.

Сама фамилия образована без патронимического суффикса (как, например, Коваль, Швец или Гуляй): прозвище Крикало перешло на потомков в неизменной форме. Это типично для украинской и белорусской традиции, где фамилии на -о нередко сохраняют исходный вид. В русской среде такое окончание могли переосмыслить как «странное» или «нерусское», но на деле оно просто указывает на старую прозвищную основу.

В итоге, если вы носите фамилию Крикало, ваш предок с большой вероятностью был либо громким и несдержанным человеком (от слова «крик»), либо, наоборот, тихим и печальным (от литовского krikti). Оба варианта — живые портреты из прошлого, за которыми стоит конкретный человек с яркой чертой характера.