Фамилия Криушичев — классический пример того, как русская фамилия «застывает» в той форме, в которой её застала письменная фиксация. В её основе лежит именование Криушич, которое, скорее всего, было отчеством. Если отбросить патронимический суффикс «-ич», остаётся основа Криуша — так в старину могли назвать человека.

Ключ к разгадке — в слове «кривуша». Владимир Даль в своём словаре объясняет его как «род косули, тяжеловатой, однобокой сохи» или «горбуша, короткая коса». Значит, Криушей могли прозвать либо крестьянина, который делал такие орудия, либо того, кто постоянно с ними работал. Однако у этого прозвища есть и другое, более прямое значение: на Руси Кривушами называли людей с физическим недостатком, например хромых или кривобоких. Прозвище могло указывать и на внешность, и на профессию — обе версии имеют под собой почву.

Есть и третья, менее очевидная версия: имя Криуша могло быть охранительным, «обманным». В народной традиции, называя ребёнка неблагозвучным именем (Криуша, Некрас, Нелюб), родители надеялись обмануть злых духов и уберечь малыша от болезней. Парадоксальным образом такое имя должно было обеспечить ребёнку здоровье и силу.

Не стоит сбрасывать со счетов и географический след. На территории России встречаются селения с названиями Криуша, Криуши. Выходец из такой местности мог получить прозвище Криушич — то есть «тот, кто из Криуши». Со временем это прозвище закрепилось за человеком, а затем, при оформлении фамилий, превратилось в Криушичев: суффикс «-ев» добавился к отчеству, завершив переход от прозвища к родовому имени.