Фамилия Кулебякина образовалась от прозвища Кулебяка, и её происхождение напрямую связано с названием знаменитого русского пирога. Однако за этим простым на первый взгляд объяснением скрывается несколько версий, каждая из которых по-своему описывает возможного предка.

Самый очевидный путь — от названия блюда. Кулебяка известна на Руси с XVII века: дрожжевое тесто и сложная начинка в несколько слоёв (капуста, гречка, яйца, рыба, грибы). В XIX веке французские повара, работавшие в России, адаптировали рецепт для «высокой кулинарии», заменив начинку на дичь и лосося. Если исходить из этой версии, прозвище Кулебяка могли дать пекарю или кулинару, который делал такие пироги на продажу. Это «профессиональное» именование — самая прямая и правдоподобная гипотеза.

Но не менее интересна версия, отсылающая к глаголу «кулебячить». В нижегородских говорах, как отмечал Владимир Даль, это слово означало «валять, мять, гнуть, стряпать и лепить». Глагол описывает не столько готовку, сколько грубую физическую работу руками — без особого изящества. В таком случае прозвище могло закрепиться за нерадивым или неуклюжим ремесленником, который «кулебячил» свою работу. Это придаёт фамилии неожиданный оттенок: предок мог быть не поваром, а, скажем, плохим гончаром или сапожником.

Есть и третья версия — украинская. Слово «кулеба» означает густой суп, обычно из пшена. Если основа прозвища пришла из украинских говоров, то Кулебякой могли назвать любителя такого супа или того, кто его варил.

Фамилия Кулебякина образована по стандартной русской модели с суффиксом -ин, указывающим на принадлежность: «чей?» — «Кулебякин», то есть сын или потомок Кулебяки. Женская форма Кулебякина — это не отдельная фамилия, а грамматическое изменение той же мужской, которое закрепилось за женщинами как неизменяемый вариант.

Таким образом, у фамилии Кулебякина три разных корня: профессиональный (пекарь), диалектный (неловкий работник) и украинский (любитель супа). Какая из версий верна для конкретной семьи — зависит от региональных корней предков, но все три объединяет одно: прозвище было живым, бытовым и описывало человека через его дело или привычку.