Фамилия Курочкин — прекрасный пример того, как русская фамилия может быть образована не от имени или профессии, а от прозвища, данного женщине. Исходное слово здесь — «курица», но не в хозяйственном значении, а как метафора.

Скорее всего, прозвище Курочка закрепилось за женщиной, которая особенно трепетно и заботливо относилась к своим детям, опекая их так же, как наседка оберегает цыплят. Такое прозвище было не оскорбительным, а скорее умилительным или уважительным, подчеркивающим материнскую суть.

Ранние письменные свидетельства подтверждают, что это прозвище бытовало уже во второй половине XVI века. В «Ономастиконе» С.Б. Веселовского записан крестьянин Курочка из Шуи, 1579 года. Важно понимать, что записан крестьянин, но прозвище могло быть семейным или даже перейти от матери, чье имя в документах того времени фиксировалось редко.

В XV–XVI веках в среде богатых людей начинают закрепляться и передаваться из поколения в поколение фамилии, обозначающие принадлежность человека к конкретной семье. Но процесс этот затронул и крестьян: потомки того самого Курочки из Шуи со временем получили фамилию Курочкины. Суффикс -ин указывает на принадлежность: «чей?» — Курочкин, то есть сын, внук или потомок человека по прозвищу Курочка.

Стоит обратить внимание на словообразовательную модель. В отличие от фамилий на -ов (например, Петров), суффикс -ин в русском языке чаще присоединяется к основам, оканчивающимся на -а или -я. Курочка — основа на -а, поэтому закономерно получаем Курочкин. Это же правило работает с фамилиями Птицын, Лисицын, Синицын.

Таким образом, фамилия Курочкин — не про кулинарию или птицеводство. Она восходит к ласковому прозвищу матери, и ее носители — потомки женщины, которую в старину за чадолюбие прозвали Курочкой.