Фамилия Кузенский — редкий случай в русском ономастиконе. Её основа — слово «кузен» — сразу отсылает к французскому cousin (двоюродный брат). Однако в русской среде XVIII–XIX веков так могли называть не столько родственника, сколько приезжего гувернёра, учителя или просто человека с иностранными манерами. В дворянских усадьбах «кузенами» нередко величали дальних родственников или даже домашних воспитателей, чьё происхождение было сомнительным, но обращение требовало уважения.

Суффикс -ск- указывает на типичную русскую модель образования фамилий от географических названий или прозвищ с оттенком принадлежности. В данном случае — «относящийся к Кузену» или «происходящий от Кузена». Такие фамилии обычно получали дети или потомки человека, за которым закрепилось прозвище Кузен. В отличие от фамилий на -ов/-ев, которые чаще давали по отцу (сын Ивана — Иванов), форма на -ский могла означать и принадлежность к месту, но здесь скорее указывает на социальную характеристику предка.

Вероятнее всего, первый носитель фамилии Кузенский был либо сыном обрусевшего француза или гувернёра, либо получил прозвище за свою образованность, щегольство или иностранный акцент. В дореволюционной России такие фамилии встречались в среде мелкопоместного дворянства и городских обывателей — тех, кто стремился подчеркнуть свою связь с европейской культурой.

Географически фамилия не привязана к конкретному региону — её носители разбросаны по всей России, но особенно часто встречаются в центральных губерниях и на юге, где в XIX веке было много иностранных учителей. Вариантов написания практически нет: Кузенский — единственная устоявшаяся форма. Сравните с однокоренными Кузенков (более «простонародная» версия) или Кузинов — последняя уже от имени Кузьма, а не от французского корня.

Таким образом, фамилия Кузенский — не про родство, а про культурный контекст: она несёт отпечаток эпохи, когда французский язык был языком дворянских гостиных, а «кузен» — не столько родственник, сколько знак принадлежности к просвещённому кругу.