Фамилия Лардугин — редкий образец русского искусственного именования, возникшего в среде духовенства. Её история начинается не с крестьянского прозвища или ремесла, а с семинарской скамьи, где будущим священникам нередко давали фамилии, переводя их русские прозвища на латынь или греческий. Однако в случае Лардугиных путь был обратным: греческое слово «лордос» (согнувшийся, сутулый) стало основой для прозвища Лордуга, а затем и фамилии. Под влиянием «аканья» — произносительной нормы, распространённой в центральных и южных русских говорах, — «о» в первом слоге перешло в «а», и Лордугин превратился в Лардугина.

Исходное прозвище Лордуга, скорее всего, получил семинарист, который сутулился или горбился. На образование слова могло повлиять и русское «дуга» — в том же значении изогнутости. Менее вероятная версия связывает прозвище с нарицательным «лордень» (толстая нитка, бечёвка): тогда Лордугой могли назвать мастера по изготовлению толстых нитей или плетению канатов. Однако для семинарской среды первая гипотеза выглядит убедительнее: прозвища по внешним признакам давали ученикам чаще, чем по ремеслу.

По своей словообразовательной модели фамилия Лардугин — типичная русская патронимическая фамилия на -ин, указывающая на принадлежность к роду Лордуги (Лардуги). Такие фамилии были характерны для всех сословий, но в данном случае искусственное происхождение выдаёт духовное сословие. В XIX веке семинаристы нередко получали фамилии, образованные от греческих или латинских корней, и Лардугины — один из таких примеров, где книжная основа причудливо соединилась с живой народной фонетикой.