Фамилия Леошин — один из примеров, где за привычным русским окончанием скрывается греческое имя, прошедшее через народную обработку. В её основе лежит крестильное имя Леон, которое в переводе с греческого означает «лев». Однако в фамилию попало не само полное имя, а его уменьшительная форма — Леоша. Такой переход характерен для русской ономастики: длинные церковные имена в быту сокращали, и эти домашние варианты становились основой для фамилий.

Суффикс -ин указывает на принадлежность: Леошин буквально значит «сын Леоши» или «из семьи Леоши». Это типичная притяжательная модель, распространённая в северных и центральных областях России. Интересно, что имя Леон в святцах связано с несколькими святыми, в том числе с Леоном Тавматургом (чудотворцем), но в народной среде имя чаще ассоциировали с царственным зверем — львом, что придавало ему дополнительную весомость.

Фамилия редкая, и её география неширокая. Встречается она в основном в центральных регионах России, что косвенно подтверждает её позднее закрепление: процесс перехода от прозвища или отчества к наследственной фамилии здесь завершился, вероятно, в XVII–XVIII веках. Точное время и место возникновения установить сложно, но словообразовательная модель не оставляет сомнений в её русском происхождении.

Не стоит путать Леошиных с фамилиями от имени Лев (Львов, Лёвин) — они образованы по другой модели, хотя смысловая связь через перевод имени Леон («лев») прослеживается. Леошины — самостоятельный ономастический памятник, сохранивший в себе живую разговорную форму имени, которая почти исчезла из современного именослова.