Фамилия Лихоманова — женская форма от Лихоманов. В её основе лежит древнерусское прозвище Лихоман. Слово это было многозначным, и понять, какой смысл вкладывали в прозвище предки, можно только в контексте конкретной семьи. Чаще всего Лихоманом называли человека с тёмной стороной характера: обманщика, мошенника, лиходея, врага. Но прозвище могло достаться и горемыке, неудачнику. Бытовало и совсем иное значение — так могли назвать проказника, баловника, а также девичью зазнобу, бабника. Получается, что прозвище описывало либо тяжёлую судьбу человека, либо его нрав — от злого до влюбчивого.

Сам корень «лихо» в русском языке означает зло, беду, удаль или чрезмерность. В сочетании с «-ман» (от «манить», «звать») слово «лихоман» буквально означает «злой дух», «тот, кто манит к лиху». В народе так называли и лихорадку, что добавляет прозвищу ещё один оттенок — измождённого, болезненного человека.

Одно из первых упоминаний фамилии в письменных источниках относится к концу XVI века. В «Ономастиконе» С. Б. Веселовского записан Лихоманов Первый, подьячий, 1571 год, Новгород. Это ценная деталь: перед нами не крестьянин и не холоп, а грамотный служилый человек — подьячий, то есть писец, канцелярист. Значит, уже в XVI веке носители фамилии могли принадлежать к приказной среде, а не только к простонародью.

По модели образования фамилия Лихоманов — типичная русская патронимическая фамилия на -ов. Она отвечает на вопрос «чей?» и означает «сын Лихомана». Суффикс -ов указывает на то, что прозвище отца оканчивалось на твёрдый согласный. В женском роде фамилия склоняется как прилагательное: Лихоманова, Лихомановой.

В отличие от фамилий на -ин, которые чаще встречаются на севере, фамилии на -ов распространены повсеместно, но особенно характерны для центральных и южных областей России. Новгородское происхождение первого известного носителя не противоречит этому: Новгородчина — северо-запад, но уже к XVI веку фамилии на -ов там были обычны.

Таким образом, фамилия Лихоманова происходит от прозвища с двойственной — скорее негативной или ироничной — окраской, а её ранняя фиксация в среде новгородских подьячих позволяет предположить, что предки носительницы фамилии могли быть грамотными людьми на государственной службе.