Фамилия Лисичина — редкий случай, когда внешняя прозрачность обманчива. На первый взгляд она образована от «лисица», и это верно, но неочевидно, от какого именно слова. В русских фамилиях суффикс -ин обычно указывает на принадлежность: «чей?» — Лисицын, то есть сын Лисицы. А вот Лисичина — форма с суффиксом -ин-а, которая в основе имеет не прозвище Лисица, а другое слово: «лисичина». В старых говорах так называли лисью шкуру или мех, а иногда и рыжеватую породу дерева, например, лиственницу. Поэтому носитель фамилии мог быть скорняком, торговавшим лисьим мехом, или человеком с рыжими волосами — прозвище по цвету волос давали напрямую, без уменьшительных суффиксов.

Географически фамилия тяготеет к северным и центральным областям России — Архангельской, Вологодской, Костромской, где был развит пушной промысел. Встречается она редко, что говорит о её локальном происхождении: скорее всего, предок получил прозвище в одной конкретной деревне, и фамилия не разошлась широко. Если бы основой было прозвище Лисица, мы бы видели массовые Лисицыны, а не единичные Лисичины.

Есть и альтернативная версия: Лисичина могла возникнуть от женского имени или прозвища Лисича — так в некоторых говорах называли хитрую женщину. Тогда суффикс -ин указывает на принадлежность мужу: «жена Лисичи». Но эта гипотеза слабее, потому что фамилии на -ин от женских основ в русской традиции редки и обычно имеют уничижительный оттенок (например, Дураков — не от «дура», а от «Дурак»).

Интересно, что фамилия не смешивается с украинской или белорусской формой Лисиченко, где суффикс -енко указывает на сына. Лисичина — чисто русская модель, где -ин-а — это не уменьшительное, а субстантивное окончание, превращающее прилагательное в существительное. Если ваш предок носил такую фамилию в XIX веке, он почти наверняка был государственным крестьянином или мещанином из северных губерний, а его занятие было связано с лесом или пушниной.