Фамилия Лисунец — редкий случай, когда прозвище, лёгшее в основу, почти невозможно отделить от имени. С одной стороны, перед нами очевидная связь со словом «лис»: хитрый, льстивый или рыжий человек. С другой — в западнорусских и украинских говорах «лисун» означало не только зверя, но и лешего, духа-хозяина леса. Так могли прозвать молчаливого, диковатого охотника или лесника, с которым связывали суеверные истории.

Главная особенность фамилии — суффикс «-ец». В восточнославянской ономастике он выполнял три задачи: указывал на происхождение из определённой местности (ср. «донец» — житель Дона), обозначал носителя качества («мудрец», «хитрец») или образовывал фамилии от прозвищ на «-ун» (Лисун → Лисунец). Второй вариант здесь наиболее вероятен: фамилия Лисунец — это «сын Лисуна» или «маленький Лисун». Такая словообразовательная цепочка характерна для украинской и белорусской традиции, где фамилии на «-ец» встречаются чаще, чем в великорусских землях.

Географически фамилия тяготеет к западу. По данным современных поисков, Лисунцы встречаются в Черниговской, Сумской, Гомельской областях, а также на юге Брянщины — то есть в зоне смешения украинского, белорусского и южнорусского диалектов. Это подтверждает версию о том, что фамилия сложилась на стыке культур, где слово «лисун» было в ходу в обоих значениях.

В отличие от фамилий Лисов, Лисицын или Лисенко, которые образованы напрямую от названия животного, Лисунец сохранила промежуточную ступень — прозвище Лисун. Такие формы указывают на то, что предок носителя был известен в общине не просто как «лис», а как человек с устойчивой характеристикой, закреплённой в бытовом прозвище. Дворянских родов с такой фамилией не зафиксировано — это крестьянская или казачья фамилия, возникшая не в канцелярии, а в живой речи.