Фамилия Локтев — прозрачный пример того, как русская фамилия «приросла» к человеку по части тела. В основе лежит прозвище Локоть, а оно, в свою очередь, прямо указывает на слово «локоть». В древнерусском быту это слово имело два главных значения: анатомическое (сгиб руки, сустав) и мерное (старинная единица длины, примерно 14 вершков, то есть около 62 сантиметров). Кем мог быть первый Локоть? Скорее всего, человеком с какой-то заметной особенностью руки — возможно, длинными руками, привычкой широко размахивать локтями при ходьбе или даже профессией, где локти играли ключевую роль. Вспомните поговорки: «У портного и локоток на отлете» — портные постоянно опирались локтем на стол при работе, и это могло стать приметой. Или «Бойся худого локтя да светлой пуговицы» — так в народе говорили о приказных, подьячих, которые локтем придерживали бумаги на столе. Прозвище могло закрепиться за портным, писарем или просто за человеком с угловатой фигурой.

Модель образования типична для русских фамилий: суффикс -ев присоединился к основе Локт- (от «локоть»). Форма Локтев, а не Локтев, объясняется тем, что в косвенных падежах в корне появляется беглая гласная: «локтя» → Локтев. Это абсолютно стандартная модель, как, например, Перцев (от «перец») или Коптев (от «копоть»). В словаре Б. Унбегауна такие фамилии от названий частей тела описаны как одни из самых древних и устойчивых.

Существует и вторая версия, но она заметно слабее. Согласно ей, фамилия связана не с рукой, а с географией: от северо-западных слов «лахта» или «лохта» — так в новгородских и псковских землях называли небольшой морской залив или бухту. Чередование х/т (лахта → лохта → локтев) в теории возможно, но лингвистически натянуто. Для фамилии Локтев нет массовых подтверждений в приморских регионах, зато она повсеместно встречается в центральной России, где локти и поговорки о них были куда понятнее, чем финно-угорские названия заливов. Поэтому версия с прозвищем Локоть остаётся основной и наиболее правдоподобной.