Фамилия Лопнев — классический пример русской модели образования: в её основе лежит личное прозвище Лопень, а суффикс -ев указывает на принадлежность («чей?»), то есть «сын Лопня» или «из рода Лопня». Разбирать фамилию стоит именно с прозвища, потому что его корень многозначен и открывает несколько портретов возможного предка.

Главная версия отталкивается от глагола «лопать». Его прямое значение — «рваться от натуги, трескаться» — редко становилось основой для прозвища. Куда интереснее переносные смыслы, зафиксированные в разных говорах. В пермских и тверских говорах «лопать» означало «есть много, жадно»; отсюда прозвище Лопень мог получить человек плотного телосложения, любитель сытно поесть. В олонецких говорах тот же глагол значил «кричать», а в вятских — «бить». Соответственно, Лопнем могли прозвать обладателя громкого, зычного голоса или, напротив, человека с суровым, жёстким характером, склонного к рукоприкладству. Все три варианта равноправны и рисуют разные, но узнаваемые типажи.

Менее вероятна связь со словом «лопань» — так в некоторых регионах называли колодец на болоте или топи. Если принять эту версию, родоначальник Лопневых жил в болотистой местности и пользовался таким лопанем. Однако ономастика обычно отдаёт предпочтение прозвищам, образованным от действий или черт характера, а не от предметов быта, если для последних нет специальных указаний. Поэтому «лопань» остаётся гипотезой второго плана.

Сама фамилия относится к числу притяжательных: суффикс -ев (вариант -ов после мягкой основы) типичен для русских фамилий, возникших из прозвищ. География бытования фамилии Лопнев не привязана к одному региону — она встречается и в центральных областях, и на севере, что согласуется с разбросом говоров, где зафиксированы разные значения исходного глагола. Сословная принадлежность угадывается по модели: такие фамилии чаще всего носили крестьяне и посадские люди, реже — мелкие служилые. Дворянских родов с этой фамилией в исторических источниках не прослеживается.