Фамилия Луговнин — редкий случай, когда суффикс помогает понять, где именно жил основатель рода. Модель «Луговнин» образована по схеме «основа + -ин»: это притяжательное прилагательное, отвечавшее на вопрос «чей?» — «луговнин сын», то есть сын Луговни. Но что такое «Луговня»?

Слово «луговня» в русских говорах означало не просто луг, а лужок, пожню, сенокосное угодье. В некоторых регионах так называли и заливной луг, и даже особый вид травы. Скорее всего, прозвище Луговня получил человек, живший у такого луга или владевший им. Суффикс -ня в основе — не уменьшительный, а скорее указывает на место или предмет: «луговня» — это и есть сам луг, но в более конкретном, бытовом смысле.

В ономастике фамилии на -ин обычно указывают на принадлежность к конкретному человеку. Если бы предка звали просто Луговой, фамилия звучала бы как Луговой или Луговов. А Луговнин — это «сын Луговни», где Луговня — прозвище, данное по месту жительства или роду занятий. Такой тип фамилий (на -ин) чаще встречается в северных и центральных областях России, где была сильна традиция именовать людей по отцу или по прозвищу, а не по местности.

Интересно, что фамилия Луговнин почти не встречается за пределами России. В XIX веке её носители фиксировались в основном в Вятской, Костромской и Пермской губерниях — регионах с развитым сенокосным хозяйством. Это косвенно подтверждает версию: предки были крестьянами, чья жизнь была тесно связана с лугами — косили, сушили сено, пасли скот. Фамилия не дворянская, не купеческая, а народная, с прозрачной географической привязкой.

Сравните с однокоренными фамилиями: Луговой (прямое указание на луг), Луговцев (от «луговец» — житель луга) и Луговнин. Последняя стоит особняком: она не просто говорит о месте, а закрепляет конкретное прозвище, которое могло быть и личным, а не только топографическим. Например, в некоторых говорах «луговня» называли человека, который любил лежать на лугу или работал там неспешно. Но основная версия — житель у луга.