Фамилия Лушнев — наглядный пример того, как русская фамилия может хранить в себе сразу несколько загадок. Её основа, суффикс и даже ударение не позволяют дать однозначный ответ, но это как раз и делает разбор интересным.

Ключевой элемент здесь — суффикс -ев, который указывает на происхождение от прозвища или имени, оканчивающегося на мягкий согласный или на -й. В данном случае основа — Лушн-. Самая прямая и логичная версия связывает фамилию с прозвищем Лушня. Это слово в русских говорах имеет несколько значений, и все они бытовые, «деревенские». В словаре Даля «лушня» — это лукошко, короб или плетёнка, в которой носили угли для растопки самовара или для прикуривания. Прозвище Лушня могли дать человеку, который плёл такие корзины, торговал ими или просто носил с собой. Вторая версия — от глагола «лушить» (лущить, шелушить), то есть чистить зерно или орехи. В таком случае Лушнев — потомок того, кто занимался этим нехитрым ремеслом.

Менее очевидная, но тоже возможная гипотеза — связь с крестильным именем. В старину бытовала форма Лука (от лат. lux — «свет»). В некоторых диалектах фамилии могли образовываться от уменьшительных форм, оканчивающихся на -ня: Лука → Лукня → Лушня (с типичной заменой «к» на «ш»). Однако это менее вероятно, так как у имени Лука есть более распространённые производные (Лукин, Лукашов, Лукьянов), а «Лушня» — форма слишком специфическая.

Географически фамилия Лушнев тяготеет к северным и центральным областям России, особенно к Вологодчине и Архангельской губернии, где слово «лушня» было в ходу. Встречается она и у казаков на Дону, но там её происхождение может быть другим — от тюркского корня, что, впрочем, требует отдельного исследования.

Таким образом, Лушнев — это фамилия-загадка, в которой бытовое прозвище (корзинщик, лущильщик) выглядит убедительнее, чем редкая форма крестильного имени. Точный ответ дал бы только исторический документ — ревизская сказка или писцовая книга, где предок записан с прозвищем.