Фамилия Макошиба — один из тех редких случаев, когда в основе лежит не имя, не профессия и не прозвище, а имя языческого божества. Первая часть, «Макошь» (или Мокошь), отсылает к единственному женскому божеству в древнерусском пантеоне — покровительнице женских ремёсел, прядения, судьбы и плодородия. Вторая часть, «-иба», скорее всего, является искажённым или диалектным вариантом суффикса принадлежности. Обычно фамилии с таким окончанием (например, Шуйба, Долгиба) встречаются в западнорусских и белорусских говорах, где «-иба» могло заменять более привычное «-ов» или «-ин». Таким образом, Макошиба — это «тот, кто относится к Макоши», «человек Макоши».

Прямых аналогов этой фамилии в русской ономастике почти нет. Если фамилии вроде Мокошев или Мокошин встречаются, хоть и редко, то форма на «-иба» уникальна. Она могла возникнуть не как наследственная, а как уличное прозвище, закрепившееся за человеком, который по какой-то причине ассоциировался с культом Макоши. Вряд ли это прямое указание на языческое жречество — скорее, на человека, жившего у капища богини, занимавшегося ткачеством (ремеслом Макоши) или отличавшегося каким-то особым отношением к женским работам.

Географически фамилия тяготеет к северо-западу России и Беларуси. В псковских и новгородских землях долго держались языческие пережитки, а местные говоры сохраняли архаичные суффиксы. Возможно, предок носителя фамилии был выходцем из тех мест, где память о Макоши не выветрилась до конца, и прозвище дали не в насмешку, а по месту жительства или роду занятий.

Сословная принадлежность предков Макошиба, скорее всего, крестьянская или ремесленная. Фамилия не дворянская, не книжная — она явно родилась в народной среде, где имена божеств могли переходить в бытовые прозвища без всякой мистической подоплёки. Никаких известных исторических деятелей с такой фамилией не зафиксировано, что только подтверждает её исключительную редкость и локальный характер.