Фамилия Мамалинов — редкая, и её разбор требует внимания к деталям, которые обычно упускают. Первое, что бросается в глаза: основа «мамалин» и суффикс «-ов». Казалось бы, всё просто — отчество от прозвища или имени Мамаля. Но вот загвоздка: ни в святцах, ни в древнерусском именослове такого имени нет. Значит, корень лежит в прозвищной сфере, и тут возможны два разных варианта.

Самая прямая версия — от прозвища Мамаля, которое в южнорусских и украинских говорах могло означать маменькиного сынка, изнеженного человека. В этом случае фамилия образована по стандартной модели: прозвище на -я → притяжательное прилагательное с суффиксом -ин → фамилия на -ов. Такая двойная суффиксация (Мамаля → Мамалин → Мамалинов) встречается, когда прозвище уже имело суффикс -ин, а его «одомашнивали» под общерусский патронимический шаблон. Это характерно для фамилий, которые оформлялись поздно, в XVIII–XIX веках, когда крестьянам массово давали фамилии по отцу, но исходная форма была нестандартной.

Есть и другой, более любопытный след. В тюркских языках слово «мамалыга» — это кукурузная каша, хорошо известная в молдавской и украинской кухне. Прозвище Мамалыга могли дать любителю этого блюда или торговцу крупой. При переходе в русскую фамилию «Мамалыгин» — логичный вариант, но «Мамалинов» мог возникнуть через искажение: звук «ы» перешёл в «и», а конечное «-ов» закрепило патронимическое звучание. Такую метаморфозу могли допустить писцы, не знакомые с местным говором, или сами носители, адаптируя фамилию под более привычный русский слух.

Географически фамилия тяготеет к югу России — Ростовская область, Краснодарский край, Ставрополье. В этих местах пересекались русские, украинские и тюркские влияния, что делает обе версии одинаково правдоподобными. Встречаемость фамилии крайне низкая: по открытым данным, в России её носят не более нескольких сотен человек, и почти все они сосредоточены в указанных регионах.

Итог: Мамалинов — скорее всего, прозвищная фамилия, образованная через отчество от Мамаля (маменькин сынок) или через адаптацию украинско-тюркского Мамалыга. Первая версия проще и укладывается в словообразовательные нормы, вторая — интереснее, но требует допущения о фонетическом сдвиге. Выбор между ними — дело вкуса и семейной истории, которую могут подсказать архивные записи конкретного рода.