Фамилия Маркедантов — одна из тех, что сразу обращает на себя внимание непривычным для русского уха суффиксом. В типичных русских фамилиях на -ов, -ев или -ин ударение обычно падает на основу или окончание, а здесь — длинное, раскатистое «дантов». Это не случайность: перед нами не исконно русская, а искусственная семинарская фамилия, причём с довольно прозрачной «говорящей» основой.

В основе лежит имя Маркедант. Скорее всего, это не реальное имя, а переделка на латинский манер имени Марк (Marcus) или Маркелл (Marcellus). В духовных училищах XVIII–XIX веков было принято «облагораживать» фамилии будущих священников, переводя их на латынь или греческий. Простой Марков превращался в Маркеллов, Маркеллинов, а тут пошли ещё дальше: взяли корень «Марк-» и добавили итальянское окончание «-данте» (как у Данте Алигьери). Получилось нечто вроде «Марк-поэт» или «воспевающий Марка». Звучало торжественно и учёно.

Суффикс -ов в конце — стандартный русский патронимический показатель, который прирастили к основе «Маркедант». То есть дословно фамилия означает «сын Маркеданта», но сам Маркедант — фигура вымышленная, книжная. Такие фамилии давали не по прозвищу отца, а по решению начальства семинарии, часто — за успехи в латыни или просто для красоты.

Найти носителей фамилии Маркедантов в старых документах непросто. Она редкая и, скорее всего, локальная: могла возникнуть в одной из южнорусских или среднерусских епархий, где семинарские традиции были сильны. В отличие от фамилий крестьян или купцов, которые «прирастали» веками, эта появилась одномоментно в стенах училища. Её носитель, вероятно, был либо священником, либо дьячком, либо сыном священника, получившим фамилию при поступлении.

Интересно, что фамилия не прижилась в массовом употреблении. Слишком громоздкая для быта, она осталась уделом узкого круга духовенства. Однако именно эта «книжность» и делает её ценной для историка: Маркедантов — не просто фамилия, а метка образовательной системы прошлого, где имя поэта становилось частью русской фамилии.