Фамилия Маскалюн — одна из тех, что ставят перед исследователем сразу несколько загадок. Начнём с самого заметного: окончание «-юн» нехарактерно для русской фамильной модели. В русском языке преобладают суффиксы -ов, -ин, -ский. А вот -ук, -юк, -ун, -юн — типичные маркеры украинской и белорусской ономастики. Поэтому первое, что можно сказать с уверенностью: фамилия Маскалюн, скорее всего, имеет западнорусские или малороссийские корни, и её носители — выходцы с территории современной Украины или Беларуси.

Основа «Маскал-» ведёт нас к слову «москаль». В XIX — начале XX века это было распространённое в украинском, белорусском и польском языках прозвище для русского человека, солдата или выходца из Московского государства. Слово не было нейтральным — чаще всего оно несло оттенок иронии или пренебрежения, но иногда закреплялось за человеком как бытовое прозвище без резкой окраски. Так могли назвать русского по происхождению, переселенца с севера, или того, кто служил в царской армии и перенял «москальские» привычки.

Суффикс «-юн» в украинских фамилиях часто выполнял роль уменьшительности или указывал на принадлежность: Маскалюн — это буквально «сын Москаля» или «маленький москаль». По той же модели образованы фамилии Шевчук (сын Шевца), Ковальчук (сын Коваля). Таким образом, Маскалюн — это патронимическое прозвище, закрепившееся за потомком человека, которого в округе звали Москалём.

Интересно, что в русском языке есть похожая фамилия — Москалёв, образованная по стандартной модели с суффиксом -ев. Маскалюн же сохранила более архаичную, диалектную форму. Она почти не встречается в центральных и северных областях России, зато её можно найти в старых метрических книгах Черниговской, Полтавской и Киевской губерний, а также среди переселенцев на Кубани и в Сибири. Это ещё одно подтверждение её южнорусского происхождения.

Сословной принадлежности предков по одной фамилии определить нельзя: прозвище «москаль» давали и крестьянам, и казакам, и мещанам. Но если ваш предок носил фамилию Маскалюн, он почти наверняка жил на территории, где украинский или белорусский язык был основным, а его предок получил прозвище за связь с русским миром — по службе, по происхождению или по внешним признакам.