Фамилия Мастега — редкая и неочевидная для тех, кто привык к стандартным русским фамилиям на -ов или -ин. В ней нет привычного «фамильного» суффикса, что сразу наводит на мысль: перед нами не искусственная фамилия семинарского происхождения, а прозвище, которое закрепилось за человеком и перешло к потомкам без изменений. Сама основа — «мастег» — звучит архаично и явно выходит за рамки современной литературной лексики.

Скорее всего, в основе лежит диалектное слово «мастега» или «мастег». В северных и центральных говорах русского языка так могли называть мастера, умельца, искусника. Корень тот же, что и в слове «мастак» (ловкий, опытный человек). Если это так, то первый носитель прозвища был ремесленником высокого класса: плотником, кузнецом, резчиком — тем, кого в деревне уважали за золотые руки. Вариант с ударением на последний слог (Мастега́) характерен для южнорусских и украинских говоров, где подобные прозвища часто становились фамилиями без дополнительных суффиксов.

Менее вероятная, но возможная версия — связь с тюркскими языками. В татарском и башкирском есть слово «масте» (пьяный, хмельной). Однако переход этого корня в русскую фамилию маловероятен без посредничества прозвища, а для прозвища «Пьяница» в русской традиции есть более прямые формы (например, Хмельнов). Поэтому версия с мастерством выглядит убедительнее.

Географически фамилия Мастега встречается точечно, в основном в Центральной России и Поволжье. Она не попала в массовые списки дворянских или купеческих родов, что подтверждает её крестьянское или посадское происхождение. Скорее всего, предки современных Мастег — вольные или государственные крестьяне, которых прозвали по главному качеству: умению делать вещи, которые служат долго.

Интересная деталь: отсутствие суффикса делает фамилию «застывшей» в своей древней форме. В то время как большинство русских фамилий оформились в XVI–XVII веках через прибавление -ов/-ев или -ин, Мастега сохранила вид прямого прозвища — так, как если бы человека и сегодня называли «Мастега» в лицо. Это редкий случай, когда фамилия не скрывает своего корня за грамматическими наслоениями.