Фамилия Мелентьев — классический образец русской «патронимической» фамилии, то есть образованной от имени отца. Если коротко: основой послужило мужское каноническое имя Мелентий, а сама фамилия — это ответ на вопрос «чей ты будешь?» — «Мелентьев сын», «внук Мелентия».

Здесь, правда, есть одна тонкость, о которой часто забывают. Разговорная форма имени Мелентий в народе звучала как Мелентей, а в некоторых говорах, где «ять» произносили как «е», имя легко смешивалось с простонародным вариантом Емельян (от канонического Емилиан). Поэтому фамилия Мелентьев могла закрепиться за потомками как Мелентия, так и Емельяна. Церковные святцы различали эти имена, но в живой речи и в документах приказчиков их часто путали, что для генеалогического поиска означает: предок мог носить одно имя, а в переписи попасть под другим.

Значение имен разное, хотя оба греческие. Мелентий переводят как «заботливый», «попечительный», а Емельян (Емилиан) — как «льстивый», «приветливый». Покровителем обоих имен считался Емилиан Кизический — епископ и исповедник IV века, почитаемый за стойкость в вере и проповедь христианства. В народном календаре память святого приходилась на август, и в крестьянской среде имя было ходовым, так что фамилия не была редкостью.

Суффикс -ев в фамилии указывает на основу, оканчивающуюся на мягкий согласный (Мелентий — Мелентьев). Это тип отчества, который активно формировался в XV–XVII веках, когда фамилии закреплялись за крестьянскими и посадскими родами. О точной дате и месте возникновения конкретной ветви Мелентьевых говорить трудно: процесс шёл десятилетиями, а единого «родового гнезда» у фамилии нет. Она встречается и в северных писцовых книгах, и в южных переписях, что как раз подтверждает её происхождение от распространённого крестильного имени, а не от прозвища или ремесла.

Отдельного внимания заслуживает редкая форма множественного числа — Мелентьевы. Так обычно обозначают весь род, и в этом написании фамилия воспринимается как знак принадлежности к семейному клану, а не к одному человеку. В документах XVIII–XIX веков встречается и вариант Мелентиев, с сохранением книжного «и», но в быту закрепилась более простая форма.

Таким образом, фамилия Мелентьев — это не прозвище и не указание на занятие, а память о конкретном человеке, носившем церковное имя. Несмотря на внешнюю простоту, она хранит следы живого народного произношения и путаницы между греческими именами, что делает её любопытным памятником славянской письменности и бытовой культуры.