Фамилия Меределины — редкий пример того, как в русской родовой традиции закрепилось прозвище, имеющее, судя по всему, венгерские корни. Если отбросить долгие вступления, суть такова: в основе фамилии лежит прозвище Меределя, а сама она отвечает на вопрос «чей ты будешь?» — то есть «сын, потомок Мередели». Суффикс -ин здесь указывает на принадлежность к конкретному человеку, что типично для фамилий, образованных от прозвищ или личных имён, оканчивающихся на -а или -я.

С этимологией основы не всё так однозначно, но наиболее правдоподобная версия связывает её с венгерским словом meredel, которое переводится как «дерзать», «осмеливаться». Если следовать этой логике, то прозвище Меределя получал человек с ярким характером: неустрашимый, отважный, готовый на дерзкий поступок. В крестьянской среде, где прозвища давали метко и часто с иронией, такое слово могло закрепиться и за смельчаком, и за тем, кто был «острым на язык» и не лез за словом в карман. Впрочем, не исключено, что прозвище носило и более ироничный оттенок — нахал или задира, которого дерзость не всегда доводила до добра.

Интересно, что само слово не стало широко употребительным в русских говорах и осталось в фамилии как реликт. Это делает фамилию Меределины любопытным памятником межкультурных контактов: венгерское слово попало в русскую прозвищную систему, а затем закрепилось в родовом имени. Точное время и место возникновения фамилии сейчас назвать сложно — формирование фамилий у разных сословий растянулось на несколько столетий, а письменные источники по такой редкой фамилии могли просто не сохраниться. Но сам факт, что прозвище не затерялось в истории, а превратилось в фамилию, говорит о том, что предок Меределиных был личностью заметной.