Фамилия Межонов с первого взгляда кажется простой, но за ней скрывается целый пласт финно-угорской и восточной истории. Если отбросить очевидную, но маловероятную версию о происхождении от русского глагола «межевать», перед нами открывается редкий пример имени, пришедшего в русскую среду из языков Поволжья и Приуралья. Сразу скажем: прозвище, связанное с разделом земли, — самая слабая гипотеза. В русских говорах не зафиксировано формы «межон» для обозначения землемера или крестьянина, обычно использовались слова «межевщик» или «межник». Поэтому эту версию можно отбросить.

Куда интереснее версия, возводящая основу к марийскому слову «меж» — «шерсть» или коми-пермяцкому «меж» — «баран». В этом случае имя Межон могло быть либо ласкательным прозвищем ребенка, либо именем-оберегом. В традиционной культуре многих народов имена, образованные от названий животных или продуктов животноводства, давали не случайно: считалось, что ребенок, названный «Бараном» или «Шерстью», унаследует силу и плодовитость скота. Такая практика широко распространена у финно-угорских народов, где имена-тотемы были частью родовой традиции.

Однако самая интригующая гипотеза связывает Межона с арабским именем Мизан, что означает «созвездие Весы». В астрономической традиции Востока мизаном также называли седьмой месяц солнечного календаря, который приходится на период с 22 сентября по 21 октября. В старину мальчикам, родившимся в этот период, давали имя Мизан, и оно, переходя через тюркское или финно-угорское посредничество, могло трансформироваться в Межона. Замена «и» на «е» и добавление звонкого «ж» — типичный фонетический сдвиг при заимствовании. Эта версия объясняет, почему фамилия встречается в регионах с сильным восточным влиянием, например, в Мордовии и Тамбовской области.

Суффикс -ов в фамилии указывает на типичную русскую модель образования от отчества: Межонов — сын Межона. Такая форма закрепилась в XV–XVII веках, когда имена некрестильного происхождения активно превращались в фамилии. Интересно, что носители фамилии исторически концентрируются в черноземной полосе и Поволжье, где веками соседствовали русские, мордва, марийцы и татары. Так, в Книге памяти Республики Мордовия записан Межонов Иван Васильевич, родившийся в 1897 году в селе Урей, а в архивах УВД Тамбовской области отмечен Межонов Иван Никифорович, рожденный в 1882 году в селе Чекаревка Жердевского района. Оба примера показывают, что фамилия бытовала в крестьянской среде, а ее носители были коренными жителями этих мест.

Если опираться на географию и исторический контекст, наиболее правдоподобной выглядит версия о финно-угорском происхождении имени Межон. Русские фамилии, образованные от марийских или коми-пермяцких основ, не редкость, но обычно они связаны с названиями животных или природных явлений. Имя Мизан, хотя и красиво по смыслу, требует допущения о сложном культурном переносе, который сложнее подтвердить документально. Впрочем, обе версии не противоречат друг другу: в Поволжье арабские имена через татарскую культуру проникали и к соседним народам, так что Межон мог быть и «Весами», и «барашком» одновременно. Выбор остается за носителем фамилии, но в любом случае он уводит нас далеко за пределы привычного русского ономастикона.