Фамилия Минчунэ — один из тех редких случаев, когда носитель почти наверняка знает, откуда она родом, ещё до того, как заглянет в справочник. Её звуковой облик и финаль «-э» сразу выдают нерусское, скорее всего, молдавское или румынское происхождение. В румынской ономастике фамилии, оканчивающиеся на -е, -у или -э, встречаются часто, и Минчунэ здесь не исключение.

Основа фамилии — слово «minciună», что с румынского и молдавского переводится как «ложь», «обман» или «враньё». Суффикс «-э» (в оригинале -ă) — типичное окончание существительных женского рода в этих языках. Таким образом, прямое значение фамилии — «Ложь» или «Обманщица». Однако вряд ли предок носителя был профессиональным лжецом. Скорее всего, прозвище Минчунэ дали человеку с намёком на его характер: болтливому, склонному приукрашивать, рассказывать небылицы, или же, наоборот, тому, кого считали хитрецом. В народной среде такие прозвища не несли однозначно негативного оттенка — они могли быть ироничными, «домашними», особенно если человек выделялся острым языком.

Интересно, что фамилия Минчунэ практически не встречается за пределами Молдовы и румыноязычных регионов Украины (особенно Черновицкой и Одесской областей). Это делает её хорошим маркером географического происхождения. В России или Беларуси она — редкость, и если вы с ней столкнулись, велика вероятность, что корни семьи уходят в Бессарабию или историческую Молдову.

Словообразовательная модель проста: прозвище перешло в фамилию без изменений, без добавления русских суффиксов -ов или -ин. Это характерно для молдавских фамилий, которые часто сохраняют форму исходного нарицательного слова. Сравните с другими фамилиями-прозвищами того же корня: Минчун (без окончания) или Минчуна (с другим артиклем). Минчунэ — самая прямая, «словарная» форма.

Если искать параллели в соседних культурах, то по смыслу Минчунэ близка к украинским фамилиям Брехунець (от «брехати» — врать) или русским Врунов, Лгунов. Но в отличие от них, молдавская фамилия звучит более архаично и буквально: она не смягчает прозвище суффиксом, а оставляет его «как есть». Это говорит о том, что фамилия могла закрепиться ещё в те времена, когда прозвища давали без оглядки на благозвучие, просто по яркой черте человека.