Фамилия Мокий — редкий случай, когда фамилия и лежащее в её основе имя звучат абсолютно одинаково. Обычно такие фамилии закреплялись за человеком, который сам носил имя Мокий, или за его детьми, которых в документах записывали по отцу без добавочного суффикса. Это тип украинских фамилий, где форма имени переходит в фамилию напрямую, минуя привычные -енко, -ук или -ов.

Имя Мокий пришло из греческого и переводится как «насмешник». В православных святцах оно связано с раннехристианским мучеником Мокием Амфипольским, пострадавшим за веру в начале IV века. На Руси имя никогда не было частым, но и не исчезало: его давали в память о святом, при этом в народе за именем закрепилась ироничная репутация — Мокием могли назвать и подшучивающего человека, и того, кто сам становится объектом шуток.

Скорее всего, основатель рода, первым получивший фамилию Мокий, был уважаемым человеком в своей общине. В XIV–XVII веках, когда фамилии только закреплялись, именем отца часто называли всю семью, и такое прямое перенесение имени в фамилию встречалось в основном у казаков и мещан. При этом важно различать: в старых переписях запись «Мокий» могла означать и просто имя человека, а не его фамилию — окончательное закрепление произошло позже, в XVIII–XIX веках.

Любопытная деталь: в русской традиции от того же имени пошли фамилии Мокиев, Мокеев, Мокиенко, а вот форма без суффикса — Мокий — встречается почти исключительно в украинской среде, особенно в центральных и левобережных областях. Это указывает на то, что предки носителей фамилии жили на территории Гетманщины или Слобожанщины, где подобные бессуффиксные фамилии от крестильных имён были нормой.

Безусловно, фамилия Мокий представляет собой памятник славянской письменности и культуры: она сохранила архаичное имя, которое сегодня почти вышло из обихода. Однако процесс формирования фамилий был длительным, и точно сказать, в каком селе и в каком году впервые записали Мокия как фамилию, нельзя без глубоких генеалогических изысканий. В архивных документах XVII века имя и фамилия часто смешивались, поэтому только работа с ревизскими сказками и исповедными ведомостями может прояснить конкретную историю рода.