Фамилия Молочаева образована от мирского имени или прозвища Молочай. В основе лежит народное название растения и гриба, но смысл у такого прозвища мог быть разным. Чаще всего Молочаем называли знахаря, который лечил травами, — молочай в народной медицине ценился высоко. Однако правдоподобнее другая версия: Молочай — нецерковное «растительное» имя, каких в старину на Руси давали множество. Родители, называя ребёнка Молочаем, хотели, чтобы природа воспринимала его как своего, а к малышу перешли полезные качества, которыми наделён этот представитель растительного мира.

В народной медицине Забайкалья молочай особенно ценили как «кровоочистительное», тонизирующее и стимулирующее средство. Его применяли при язвенной болезни, опухолях, болезнях лёгких и желудочно-кишечного тракта. Порошком корня присыпали язвы, фурункулы и ожоги, а соком выводили бородавки, мозоли и пятна на лице. Так что прозвище Молочай могло закрепиться и за тем, кто умело пользовался этим растением, — но имя, данное при рождении, встречалось не реже, чем прозвище по ремеслу.

Словообразовательная модель простая: к основе Молочай добавили типичный русский суффикс -ев-, указывающий на принадлежность роду. Получается «сын Молочая» или «из семьи Молочая». Такая модель — одна из самых распространённых в русских фамилиях, и она же одна из древнейших: отчества на -ов/-ев закреплялись за потомками уже в XV–XVI веках.

Интересно, что фамилия сохранила именно народное, разговорное название растения — молочай, а не книжное ботаническое «эуфорбия». Это говорит о том, что предки Молочаевых жили в среде, где растение знали в быту, а не по гербариям. Ударение в фамилии обычно падает на третий слог — Молоча́ева, что тоже отсылает к живому произношению, а не к научной латыни.

Однокоренных фамилий немного: Молочаев, Молочайкин, Молочагов. Последняя, кстати, могла возникнуть от той же основы, но с другим суффиксом, что указывает на разные региональные традиции именования. В целом же фамилия редкая, и её носители, скорее всего, происходят из одной или нескольких семей, живших в Сибири или Забайкалье, где молочай использовали особенно активно.

Точных сведений о знаменитых носителях фамилии в открытых источниках нет, поэтому строить биографические догадки не стоит. Но сама фамилия — хороший пример того, как русская ономастика вбирала в себя народную ботанику и медицину: за простым названием растения стоит целый пласт крестьянских знаний о природе и лечении.