Фамилия Морогин образована от прозвища Морога. Такая модель типична для русских фамилий: суффикс -ин указывает на принадлежность, то есть Морогин — «сын Мороги», и это одна из самых распространенных словообразовательных схем в северорусской традиции.

Первая версия происхождения прозвища связана с диалектным глаголом «мороговать». В пермских говорах он значил «брезгать, причудничать, привередничать, пренебрегать чем-либо». Если следовать этой логике, Морогой в старину могли назвать человека разборчивого и притязательного, который не довольствуется тем, что есть, и требует лучшего. В крестьянской среде такое качество редко служило комплиментом, но прозвища не всегда отражали реальные черты — иногда они закреплялись иронично, за какую-то одну заметную привычку.

Вторая гипотеза отсылает к сибирским говорам, где «морога» — это заросли рдеста или других водных растений. Тогда прозвище носило топографический характер: так могли называть человека, жившего у озера, болота или в низине, поросшей травой. Обе версии имеют право на существование, но первая выглядит убедительнее: глагол «мороговать» даёт более живую и личностную характеристику, а прозвища от названий растений встречаются реже и обычно требуют дополнительных пояснений.

Стоит обратить внимание и на сам корень. Он достаточно редкий, и фамилия Морогин не встречается среди распространенных русских фамилий. Это говорит о том, что она могла сохраниться в локальном ареале — вероятно, в районах, где бытовали упомянутые говоры, то есть на Русском Севере, в Прикамье или Сибири. В письменных источниках фамилия фиксируется поздно, что типично для прозвищных фамилий крестьянского происхождения: они оформлялись в XVII–XIX веках, когда за крестьянами закреплялись официальные фамилии.

Как именно прозвище Морога закрепилось за конкретным человеком, сейчас уже не восстановить. Но механизм ясен: сначала так звали одного человека, потом его детей и внуков, а затем фамилия перешла к потомкам уже как наследственное имя. В итоге потомок человека с прозвищем Морога получил фамилию Морогин, и она сохранилась до наших дней, неся в себе память о далеком предке — то ли привередливом, то ли жившем у заросшего озера.