Фамилия Моршинин — самобытный памятник славянской культуры, который хранит память о прозвище дальнего предка. В её основе лежит личное именование Моршина, которое, скорее всего, восходит к нарицательному «морщина» — то есть «складочка, сборка, сгиб ткани или кожи». Такое прозвище могло указывать на примечательную особенность внешности: глубокую складку на лице, морщину, которая бросалась в глаза окружающим. В крестьянской среде, где людей часто различали по характерным приметам, подобное именование легко закреплялось за человеком и передавалось его детям и внукам.

Словообразовательная модель здесь прозрачна и показательна. Прозвище Моршина оформилось по типу кратких именований на -ина, а затем к нему добавился притяжательный суффикс -ин, который в русской ономастике отвечает на вопрос «чей?». Так Моршинин означает «сын Моршины», «ребёнок того, кого звали Моршиной». Интересно, что, в отличие от более распространённых фамилий на -ов/-ев, форма на -ин чаще встречается в северорусских и части среднерусских говоров, что даёт намёк на возможный регион возникновения, хотя окончательно утверждать это без дополнительных данных нельзя.

Прозвища, образованные от внешних черт, в старину были едва ли не самой многочисленной группой: так называли людей не в обиду, а для удобства различения тёзок в деревне. Морщина, складка, сборка — это слово могло относиться и к особенностям одежды, к манере носить её со сборами, но всё же версия о внешности выглядит правдоподобнее: она проще и естественнее для бытового именования.

Следы фамилии обнаруживаются в документах. Например, в Книге памяти Курганской области упоминается Николай Гаврилович Моршинин, родившийся в 1864 году в селе Тамакульское Далматовского района. Эта запись — не просто сухая строка, а живое свидетельство того, что к концу XIX века фамилия уже прочно бытовала в зауральских крестьянских семьях. Впрочем, единичное упоминание не говорит о том, что фамилия возникла именно там: переселенческие потоки в Сибирь и Зауралье шли из разных губерний, поэтому корни Моршининых могли уходить и в центральную Россию.

Процесс формирования фамилии мог быть длительным и не всегда привязан к одной местности. Прозвище Моршина могло возникнуть независимо в разных сёлах, и тогда разные ветви Моршининых окажутся не родственниками, а однофамильцами. Поэтому точно определить время и место появления фамилии можно лишь по итогам серьёзных генеалогических исследований — с привлечением метрических книг, ревизских сказок и писцовых документов.