Фамилия Москвитинов напрямую рассказывает о том, откуда был родом её первый носитель. В её основе лежит старинное прозвище Москвитин — так в XVI–XVII веках называли уроженца Москвы. На это указывает и характерный суффикс «-итин», который в древнерусском языке использовали для образования названий жителей городов: туляк, вязьмитин, пермитин. То есть Москвитин — это буквально «тот, кто из Москвы».

Прозвище было настолько распространено, что встречалось далеко за пределами Московского царства. Историк Н. М. Тупиков в своих трудах приводит немало примеров. Среди них — крестьянин Иван Ондреев сын Москвитин (начало XVI века), белорусский помещик Сидор Москвитин, живший в XVI веке на берегу Немана, белозерский стрелец Орефий Иванов сын Москвитина (1613), астраханский стрелец Посничко Москвитин (1614), новгородский торговый человек Кузьма Алексеев сын Москвитина (1614) и томский казак Михайла Максимов сын Москвитина (1667). Такой разброс — от Белозерья до Астрахани и Томска — показывает, что прозвище не было привязано к одному региону: его давали людям, которые в силу службы или торговых дел оказывались вдали от родных мест.

Интересно, что Москвитинов — это не единственная фамилия, рождённая от этого прозвища. От той же основы пошли Москвитин и Москвитинов, а также более редкие Москвитиновский. Разница в суффиксах отражает разный путь образования: если Москвитин просто сохранил прозвище в неизменном виде, то Москвитинов добавил притяжательный суффикс «-ов», отвечая на вопрос «чей?». То есть фамилия Москвитинов буквально означает «сын Москвитина», «потомок человека по прозвищу Москвитин».

Сам прозвищный суффикс «-итин» со временем вышел из активного употребления, и фамилии с ним воспринимаются сегодня как архаичные, книжные. Это делает Москвитиновых обладателями редкой словообразовательной модели, которая хранит память о древнем способе именования жителей городов. Впрочем, прозвище Москвитин могло закрепиться и за человеком, который лишь долго жил в Москве или вернулся оттуда, а не обязательно родился в ней. В условиях, когда фамилий ещё не существовало, такого именования хватало, чтобы выделить человека среди односельчан.