Фамилия Набилкина образована от прозвища Набилка. В основе, скорее всего, лежит название детали ткацкого стана — набилки. Так что предок носителя этой фамилии, вероятно, был ткачом или мастером, который такие станки изготавливал. Прозвища по профессии были распространены повсеместно: они точно указывали на ремесло человека и закреплялись за ним в быту прочнее, чем имя, данное при крещении.

Суффикс -ин указывает на принадлежность: Набилкин буквально значит «сын Набилки», «человек из семьи Набилки». Это типичная модель русских фамилий, образованных от прозвищ, оканчивающихся на -а. Родственные фамилии, например Набилков, встречаются реже, и их разбор упирается в тот же корень.

Есть и вторая версия, менее очевидная. Она выводит прозвище из украинского слова «набіл» — молоко и молочные продукты. Тогда Набилкой могли прозвать скотовода, торговца молоком или сыровара. Но эта гипотеза слабее: во-первых, форма «Набилка» с конечным -ка плохо стыкуется с украинским «набіл» (скорее ожидалось бы Набил или Набиленко), во-вторых, для русского Северо-Востока, где фамилия встречается чаще, ткацкое ремесло исторически привычнее, чем молочная торговля как основа прозвища.

Интересно, что слово «набилка» в ткацком деле многозначно. Так называли и приспособление для прибивания уточной нити к краю ткани, и часть берда. В любом случае это узкий профессиональный термин, который вряд ли использовали бы в переносном смысле для характеристики человека. Поэтому версия о ремесле выглядит убедительнее: прозвище давали по конкретному занятию, а не по случайному сходству с предметом.

Фамилия Набилкина — яркий пример того, как за обычным, на первый взгляд, словом скрывается целый пласт народной жизни. Она не связана ни с именем, ни с чертой характера, а прямо указывает на дело, которым кормилась семья. Передаваясь из поколения в поколение, она сохранила память о предке-ремесленнике, чей труд был хорошо знаком соседям и закрепился в прозвище, а затем и в фамилии.