Фамилия Набиркин образована от прозвища Набирка — и это не уменьшительное от имени, а самостоятельное диалектное слово, которое в старину жило сразу в нескольких мирах. В крестьянском быту набиркой называли кузовок или лукошко для грибов и ягод; на мельнице — ковш над жерновами, куда сыпали зерно; а в военном деле — небольшой рожок, пороховницу. Три значения, три разные жизни, и каждое могло оставить след в прозвище.

Скорее всего, прозвище Набирка относилось к «профессиональным» именованиям: им награждали человека по роду занятий. Торговец корзинами и лукошками, мельник, который каждый день видел тот самый ковш, или военный с пороховницей на поясе — все они могли получить это прозвище от односельчан. Какая версия правдоподобнее? Для фамилии, закрепившейся в северных и центральных губерниях, где лесные промыслы и охота были обычным делом, первое и третье значения выглядят естественнее, но мельничное тоже не стоит сбрасывать со счетов — мельники в деревне всегда были на виду.

Суффикс -ин указывает на принадлежность: Набиркин значит «сын Набирки», «из семьи Набирки». Это типичная для русских фамилий модель, но основа здесь редкая — в словарях русских фамилий она не встречается так часто, как производные от канонических имен или ремесел вроде Кузнецов или Мельников. От той же основы пошли и другие фамилии — Набирков, Набиркин, — но именно форма с -ин закрепилась как основная.

Сам корень набир- связан с глаголом «набирать»: набрать грибов в кузовок, набрать зерно в ковш, набрать порох в рожок. Это действие, повторяющееся изо дня в день, и прозвище могло закрепиться не только за мастером, но и за человеком с характерной привычкой — например, за тем, кто всегда уходил в лес с полным лукошком. В ономастике такие случаи не редкость: прозвище часто отражало не профессию, а манеру поведения, и Набирка вполне могло быть насмешливым именованием запасливого или прижимистого соседа.

Точных документальных свидетельств о первых носителях фамилии Набиркин в открытых источниках мало, и это нормально для фамилии, которая не попала в общерусские родословные росписи. Но модель образования и диалектная география слова позволяют уверенно говорить: фамилия русская, крестьянская или посадская по происхождению, и возникла она не в канцелярии, а в живой речи — там, где люди называли друг друга по делу, а не по бумаге.