Фамилия Набилкин — наглядный пример того, как неочевидная на первый взгляд основа может указывать на конкретное ремесло или занятие предка. Главная загадка здесь — корень «набил-». Вопреки возможной ассоциации с глаголом «набить» (набить карман, набить шишку), ономасты связывают эту фамилию с профессиональным прозвищем Набилка. Так в старых русских говорах называли мастера, который набивал рисунок на ткань — кустаря-набойщика. Работа эта была кропотливой: на деревянную форму наносили краску и с силой прижимали к холсту, отсюда и глагол «набивать» в значении «печатать узор». Прозвище Набилка закрепилось за человеком по роду занятий, а суффикс -ин в фамилии указал на принадлежность: «чей?» — сын Набилки, то есть Набилкин.

Суффикс -ин, а не более распространённый -ов, тоже кое-что говорит. В русской антропонимии фамилии на -ин чаще образовывались от основ, оканчивающихся на -а или -я. Набилка дало именно Набилкин, а не Набилков. Это косвенно подтверждает, что прозвище было широко употребительным и воспринималось как личное имя в быту. Встречаются и однокоренные фамилии — Набилков, Набойкин, Набойщиков, но Набилкин стоит особняком: в ней сохранилась более архаичная форма прозвища.

Географически фамилия тяготеет к центральным и поволжским областям России, где в XVII–XIX веках было развито кустарное ткачество и набойка. В переписных книгах и ревизских сказках Набилкины встречаются среди крестьян и посадских людей — ремесленников, а не дворян. Сословной элиты среди носителей фамилии не зафиксировано, что логично: прозвище по рабочей специальности редко переходило в высшие слои.

В написании фамилии возможна путаница: иногда её записывали на слух как «Набилкын» или путали с «Набилкин» от имени Набил (краткая форма от Набилла — арабское имя, но это совсем другая, тюркская линия). Для русской фамилии версия с ремесленным корнем и суффиксом -ин остаётся основной и наиболее убедительной.