Фамилия Наказный (и её форма множественного числа — Наказные) ведёт начало от прозвища, а не от крестильного имени. В основе лежит прилагательное «наказный», то есть «содержащий наказ, предписание». Однако за этим простым определением скрывается не одна, а две разные возможности происхождения, и разница между ними существенная.

Первая версия — бытовая. Наказным могли прозвать главу семейства, который строго чтил заветы отцов и дедов и требовал того же от домочадцев. В крестьянской среде, где уважение к старшим и передача хозяйственного уклада по наследству были основой выживания, такое прозвище звучало бы скорее уважительно, чем иронично. Прозвище закреплялось за человеком, а его дети и внуки уже получали фамилию Наказный, отвечая на вопрос «чьи вы?» — «наказного».

Вторая версия — служебная, и она уводит нас на казачьи территории. Существовала должность наказного атамана — главы местного управления казачьего войска, по статусу близкого к военному губернатору. Если родоначальник занимал такую должность или был заметным казачьим командиром, прозвище Наказный могло закрепиться за ним по чину. В этом случае фамилия указывает не на черты характера, а на социальное положение предка. Какая версия правдоподобнее для конкретной семьи — зависит от географии: на Дону, Кубани или Урале служебное значение слова было хорошо известно, в северорусских же землях скорее бы поняли бытовой подтекст.

Сама фамилия образована по простой и распространённой модели: усечённая основа прилагательного плюс типичное окончание. Такие фамилии, как Наказный, относятся к пласту русских фамилий, возникших не от имени, а от характеристики человека — его поведения, должности или привычек. Аналогичным образом появились, например, фамилии Резвый, Смелый или Наказной (с окончанием -ой, что встречается реже и звучит более по-казачьи).

О точном времени возникновения фамилии говорить трудно: процесс формирования фамилий у разных сословий растянулся на столетия, и прозвище могло закрепиться как в XVII, так и в XIX веке. Тем не менее, фамилия Наказный — памятник не столько письменности, сколько живого народного словоупотребления, где слово «наказ» означало не только приказ, но и нравственный завет, передаваемый из поколения в поколение.