Происхождение
Фамилия Некозыревы
Фамилия Некозырев — самобытный памятник славянской культуры, и её происхождение напрямую связано с прозвищем Некозырь. Разбираем эту словообразовательную цепочку: основа «Некозырь» сложилась из отрицательной приставки «не-» и существительного «корзырь». В старину корзырем называли карту той масти, что признаётся старшей в игре и бьёт любую карту других мастей. Отсюда первая версия: прозвище Некозырь мог получить мужчина, которому не всегда везло за карточным столом, — своеобразная ироничная характеристика невезучего игрока.
Но у слова «козырь» было и другое, некартёжное значение. Так именовали высокий стоячий воротник, который в старину носили только богатые и знатные люди. Отсюда пошло выражение «ходить козырем» — то есть важничать, гордиться, держаться с показным достоинством. В этом ключе прозвище Некозырь могло закрепиться за человеком небогатым, скромным или простодушным, который явно не «ходил козырем» и не кичился своим положением.
Есть и третья, менее очевидная, но любопытная деталь, которую часто упускают: в некоторых говорах «козырем» называли не только воротник, но и обувь — точнее, её изношенный, сломанный вид. Отсюда возникает предположение, что основатель рода Некозыревых мог получить прозвище из-за того, что носил старые, разбитые башмаки. Эта версия не противоречит общей логике: отрицательная приставка «не-» в прозвищах часто указывала на отсутствие какого-то качества или предмета, будь то удача, богатство или опрятность.
Как бы то ни было, потомок человека с прозвищем Некозырь со временем получил фамилию Некозырев по стандартной для славянской традиции модели: к основе добавился притяжательный суффикс «-ев», указывающий на принадлежность роду. Процесс формирования каждой отдельной фамилии мог быть длительным и не всегда имел привязку только к одной местности, поэтому окончательно говорить о точном времени и месте происхождения фамилии Некозырев можно лишь на основании серьёзных генеалогических исследований. Однако сама фамилия — замечательный памятник славянской культуры, сохранивший в себе память о прозвище, которое когда-то точно и метко описывало своего первого носителя.