Происхождение
Фамилия Нешева
Фамилия Нешева — редкая и неочевидная с точки зрения происхождения. На первый взгляд кажется, что в её основе лежит что-то связанное с отрицанием («не шевелить», «не шептать»), но в действительности корень, скорее всего, тюркский или арабский, а сама фамилия — женская форма от мужской Нешев.
Модель образования типична для русских фамилий: суффикс -ев присоединён к основе Неш-. Такое окончание указывает на «сына» или «внука» человека по прозвищу Неш. Но что значит само слово? В русских говорах «неш» не фиксируется. Зато в тюркских языках, особенно в татарском и башкирском, «неш» (нәш, нәшә) означает «радость», «удовольствие», «счастье». В арабском через тюркское посредство известно слово «наша» (نشوة) — «эйфория», «опьянение», но в бытовой ономастике чаще встречается именно значение «веселье». Таким образом, прозвище Неш могли дать жизнерадостному, весёлому человеку. Фамилия Нешев — «сын Весельчака».
Географически фамилия тяготеет к Поволжью и Предуралью. Встречается у русских, но с высокой вероятностью — у крещёных татар или мишарей. В метрических книгах XIX века Нешевы фиксированы в Казанской, Симбирской и Уфимской губерниях. Это регионы активного русско-тюркского пограничья, где такие «переходные» фамилии — обычное дело.
Есть и другая, менее вероятная версия: от имени Неша — уменьшительной формы от канонического имени Арсений или Евсей. В этом случае Нешев — «внук Неши». Но против этой гипотезы говорит то, что форма Неша для этих имён редка, а для фамилии с тюркским корнем — масса параллелей (Нашев, Нешев, Нашиев).
По сословному составу Нешевы — почти поголовно крестьяне и мещане. Дворянских родов с такой фамилией нет. В списках однодворцев и государственных крестьян XVIII–XIX веков фамилия встречается, но не массово. Это говорит о том, что предки носителя фамилии — простые люди, вероятно, ясачные крестьяне или бывшие служилые татары, перешедшие в православие.
Таким образом, фамилия Нешева — скорее всего, «дочь Весельчака» или «вдова Неша», с тюркским корнем и русским окончанием. Она — тихий свидетель культурного смешения, где радость назвали по-восточному, а родство — по-славянски.