Происхождение
Фамилия Ничволодова
Фамилия Ничволодова — яркий пример того, как редкое славянское имя или прозвище, почти исчезнувшее из обихода, сохранилось в виде фамильного прозвания. В основе лежит нецерковное имя Ничволод, которое состоит из двух корней: «ничь» (в древнерусском — «ничком», «вниз лицом») и «волод» (от «володеть» — владеть). Получается, что Ничволод — это «владеющий ниц», то есть тот, кто склоняет других, заставляет падать ниц, или же, в более мягкой трактовке, человек с особой, «приземлённой» властью, не гордый, но крепко стоящий на ногах. Суффикс -ов- указывает на стандартную русскую модель образования: Ничволодова — дочь или жена Ничволода.
Эта фамилия почти не встречается в центральных и южных областях России, а имеет чёткую географическую привязку к северным и северо-западным землям, в частности к бывшим Новгородским и Псковским губерниям. В новгородских писцовых книгах XV–XVI веков встречаются записи о крестьянах и землевладельцах с похожими именами — Ничволод, Ничволодка. Там же, в новгородских говорах, слово «ничь» означало не только «ничком», но и «навзничь», что добавляет путаницы: возможно, прозвище давали человеку, который часто падал или ходил, глядя в землю. Однако большинство ономастов (в частности, исследователи, опирающиеся на труды С. Б. Веселовского) склоняются к версии о «властном» значении, связывая имя с архаичной традицией давать детям «обережные» имена — чтобы отвести зло, называя ребёнка чем-то, связанным с силой, пусть и необычной.
Спорным моментом остаётся возможная связь с корнем «нич» в значении «нищий» или «убогий» (от «ничтожество»). В некоторых диалектах «ничволод» могло быть прозвищем бедного хозяина, который «владеет лишь тем, что упало ничком». Эта версия менее правдоподобна, так как в сохранившихся документах носители имени Ничволод — это чаще всего крестьяне-собственники или мелкие служилые люди, а не безземельные бедняки. Таким образом, фамилия Ничволодова — это не просто «дочь человека по имени Ничволод», а отсылка к древнему, почти былинному миру, где имя было заклинанием, а прозвище — судьбой.