Фамилия Новосадов в своей основе — это указание на место, откуда родом был предок. Такие «географические» прозвища закреплялись за человеком, когда он переселялся в другое село или город: его называли по имени покинутой родины, чтобы отличить от местных жителей. В случае с Новосадовыми прозвище, скорее всего, образовалось от названия села Новосады, которое существует в Светлоярском районе Волгоградской области. Выходец оттуда получал имя «Новосад», а его дети и внуки уже становились Новосадовыми — по стандартной для славян модели притяжательных фамилий: сын Новосада, наследник Новосада.

Название самого топонима прозрачно: «новый» и «сад». В старину словом «сад» называли не только сад в современном смысле — участок с плодовыми деревьями, — но и вообще любой засаженный или огороженный участок земли. «Новосадами» нередко именовали недавно распаханные или вновь засаженные земли, свежие выселки. Поэтому фамилия могла закрепиться и за человеком, который жил в таком месте, а не обязательно только за переселенцем.

Сам суффикс -ов в фамилии — один из самых распространённых в русской ономастике. Он отвечает на вопрос «чей?» и указывает на принадлежность роду. То есть Новосадов буквально значит «из рода Новосада». Такая модель формирования фамилий окончательно закрепилась в России в XVI–XVII веках, когда крестьянские и служилые семьи начали массово получать наследственные именования, хотя процесс растянулся ещё на два столетия.

Среди носителей фамилии есть человек, известный далеко за пределами Волгоградской области. Андрей Николаевич Новосадов, родившийся 27 марта 1972 года, — профессиональный футболист, вратарь. Он защищал ворота московского ЦСКА, а завершил игровую карьеру в 2006 году. Сейчас Андрей Николаевич работает главным тренером в подольском клубе «Витязь». Его биография — наглядный пример того, как фамилия, родившаяся из названия небольшого села, со временем становится частью большой спортивной истории.

Точно определить, когда именно и в каком поколении возникла фамилия Новосадов, сегодня сложно — письменные источники по крестьянским родам сохранились фрагментарно. Но её прозрачная внутренняя форма позволяет уверенно говорить о происхождении: перед нами типичный образец славянского фамильного прозвища, закрепившего за родом память о земле, с которой он начался.