Происхождение
Фамилия Нягуш
Фамилия Нягуш — редкая, и её происхождение не лежит на поверхности. Чтобы понять её корни, стоит посмотреть на окончание и на звуковой состав. Суффикс -уш в русских фамилиях встречается нечасто, но он характерен для прозвищ, образованных от глаголов или прилагательных с помощью уменьшительно-ласкательных или уничижительных форм (сравните: воробей — Воробуш, милый — Милуш). В основе Няг- лежит корень, который с высокой вероятностью связан с диалектным глаголом «нягать» или «нягусить». В южнорусских и украинских говорах «нягать» означает «ныть, хныкать, капризничать», а «нягус» — капризный, плаксивый человек, часто так говорили о ребенке. Таким образом, Нягуш — это прозвище, которое дали либо беспокойному, ноющему младенцу, либо взрослому с таким же характером.
Версия с заимствованием из западных языков маловероятна. В молдавском и румынском «neagră» означает «черная», но фамилия Нягуш не вписывается в эту модель: румынские фамилии на -уш обычно имеют другую основу (например, Нягу — от Neagu). Если бы корень был румынским, фамилия скорее звучала бы как Нягу или Нягэ. Поэтому славянское происхождение от прозвища по характеру — версия основная.
Географически фамилия тяготеет к западу и югу России, а также к Украине и Белоруссии. Встречаемость низкая, что говорит о локальном бытовании: вероятно, предок носителя фамилии получил прозвище в небольшой общине, где это слово было в ходу, и оно закрепилось как родовое имя. Сословная принадлежность не определяется — прозвище могли дать и крестьянину, и ремесленнику, и казаку.
С точки зрения словообразования, фамилия Нягуш стоит в ряду таких же редких образований, как Крикуш, Плаксуша, Визгун. Отличительная черта — суффикс -уш, который не типичен для массовых фамилий на -ов/-ев, и это делает Нягуша скорее «прозвищной» фамилией, чем патронимической (от имени отца). Если искать однокоренные аналоги, то ближе всего фамилия Нягов — от той же основы, но с более распространённым суффиксом. Нягуш же остаётся редким и ярким напоминанием о диалектном слове, которое почти исчезло из речи.