Фамилия Обедзинский — редкий пример того, как прозвище, связанное с едой, церковной службой или даже плотницким ремеслом, закрепилось в потомственном именовании. В основе фамилии лежит прозвище Обедза, и вокруг него сложилось несколько версий, каждая из которых по-своему объясняет, кем мог быть ваш предок.

Самая прямая версия отталкивается от глагола «обедать». В некоторых говорах это слово значило не просто приём дневной пищи, но и «есть сладкие закуски, лакомства». Тогда Обедзой могли прозвать человека с отменным аппетитом, сладкоежку или, что не менее вероятно, повара, который эти лакомства готовил. Прозвища по привычкам и пристрастиям в народной среде давали легко, так что эта гипотеза выглядит вполне убедительной.

Вторая версия уводит в сторону строительства. Нарицательное «обедник» в диалектах означало «белая половина избы, сени, мост, крыльцо, где летом обедают». Если принять эту основу, то Обедзой называли не едока, а мастера — строителя или плотника, который возводил эти самые сени и крыльца. Такое прозвище могло закрепиться за человеком по роду его занятий, и тогда фамилия хранит память о ремесле, а не о гастрономических предпочтениях.

Третья гипотеза связывает прозвище с церковной службой. «Обедня» — это литургия, которая совершается после утрени. В этом случае Обедзой могли именовать глубоко верующего человека, который регулярно посещал церковь. Для сельской среды, где религиозность была естественной частью жизни, такое прозвище тоже не редкость.

Сам по себе разбор прозвища ещё не объясняет форму фамилии. Обедзинский — это отчество второго порядка, то есть внук Обедзина и сын Обедзы. Здесь важно обратить внимание на чередование согласных «д» и «дз»: оно выдаёт влияние белорусского языка, где такое смягчение и аффрикатизация звуков встречается постоянно. Именно белорусское произношение превратило исходное Обеда в Обедзу, а затем и в основу фамилии с суффиксом -инский.

Суффикс -инский типичен для шляхетских и польско-белорусских фамилий, что косвенно указывает на регион возникновения. Впрочем, в данном случае он присоединился не к названию местности, а к личному прозвищу, что делает фамилию более самобытной: она не топонимическая, а чисто прозвищная, хотя и оформленная по модели, характерной для знатных родов.

Какая из трёх версий правдоподобнее? Прозвища, данные по привычкам в еде, встречаются чаще, чем по строительным терминам, поэтому версия с «обедать» выглядит предпочтительнее. Но и религиозная трактовка не слабее: слово «обедня» было на слуху у каждого прихожанина. Скорее всего, точный смысл прозвища уже не восстановить, но каждое из значений — аппетит, ремесло или вера — рисует живую картину человека, который жил несколько веков назад и чьё имя в итоге превратилось в семейное.