Фамилия Одновол звучит непривычно, но расшифровывается почти буквально: в её основе лежит сочетание «один вол». Так, скорее всего, прозвали человека, в хозяйстве которого был только один этот работящий самец крупного рогатого скота. Для крестьянского двора, где наличие пары волов считалось залогом достатка, владение одним животным было приметной деталью, которая и закрепилась за хозяином в качестве прозвища.

Впрочем, у прозвища Одновол могло быть и другое назначение. До крещения Руси и долгое время после него существовала традиция давать детям «охранительные» имена, образованные от названий животных и растений. Родители, нарекая младенца Одноволом, как бы поручали его природе, просили её принять ребёнка за своего. Считалось, что вместе с именем к нему перейдут и качества, присущие этому животному. А вол в славянской традиции — не просто тягловая сила, а символ ярой жизненной энергии, выносливости и плодородия.

Словообразовательная модель здесь простая и древняя: прозвище Одновол возникло напрямую из словосочетания, а фамилия закрепилась за потомками в неизменной форме, без типичного для русских фамилий суффикса -ов или -ин. Такое «застывшее» прозвище — редкий случай, обычно его всё же переоформляли в притяжательное прилагательное. Поэтому фамилия Одновол выделяется на фоне однокоренных, например, Волков или Волынкин, своей прямотой и связью с конкретной хозяйственной ситуацией, а не с тотемным предком.

Не исключено, что прозвище было внутрисемейным и использовалось только в узком кругу, чтобы отличить одного из нескольких тёзок или братьев. Со временем оно переросло в родовое имя, закрепив за потомками память о небогатом, но хозяйственном предке, у которого был всего один вол, но и на том спасибо.