Фамилия Оловянищников — редкий случай, когда профессиональное прозвище сохранило не только род занятий, но и почти забытое слово, от которого образовано. В основе лежит не просто «олово» и не «оловянный», а «оловянищник» — так в старину называли мастера, который делал посуду и утварь из олова. Суффикс -щик (в старом написании -щик) указывает на человека по роду деятельности: ср. каменщик, барабанщик, извозчик. Но здесь к основе добавлен ещё один суффикс -янищ-, что делает слово громоздким и архаичным. В современных говорах такое слово почти не встречается, в письменных источниках XVII–XVIII веков оно изредка попадается в писцовых книгах и переписных листах.

Фамилия образована по типичной патронимической модели: Оловянищников — сын Оловянищника. То есть предок носителя фамилии был либо сам оловянищником, либо его отец носил это прозвище настолько прочно, что оно закрепилось за семьёй. В русской ономастике такие фамилии на -ов/-ев считаются «притяжательными», они отвечают на вопрос «чей?»: чей сын? — Оловянищников. Это одна из самых распространённых моделей, но редкая основа делает фамилию уникальной.

Оловянная посуда в допетровской Руси была предметом не первой необходимости, а скорее признаком достатка. Олово — мягкий металл, из него лили тарелки, кружки, ложки, а также церковную утварь. Мастер-оловянищник должен был владеть литьём и пайкой, его ремесло считалось узкоспециализированным. Поэтому носители фамилии, скорее всего, происходили из посадских людей или ремесленников, живших в городах, где существовал спрос на такую продукцию — например, в Москве, Новгороде, Пскове или Ярославле.

Фамилия Оловянищников — яркий пример того, как язык консервирует давно ушедшие профессии. Сегодня она встречается крайне редко, в основном в центральной России и Поволжье. В словаре Б. Унбегауна «Русские фамилии» она не упоминается, но её механизм образования полностью соответствует описанным им моделям. Если вы встретили носителя этой фамилии, можно с высокой вероятностью предположить, что его предки были ремесленниками, работавшими с оловом, а не просто торговцами или крестьянами.