Фамилия Ордынцев — это классическая русская «патронимическая» фамилия, образованная от прозвища или личного имени предка. Разбираем её по косточкам: в основе лежит прозвище Ордынец, а суффикс «-ев» указывает на принадлежность: «сын Ордынца». Такая модель была одной из самых распространённых на Руси в XV–XVII веках, когда крестьянские и служилые фамилии только начинали закрепляться.

Само прозвище Ордынец напрямую связано с нарицательным «орда», которое пришло в древнерусский язык из тюркских наречий. В те времена слово «орда» означало не только государственное образование (Золотая Орда), но и более приземлённые вещи: «стан», «кочевье», «военный лагерь». Поэтому первая и самая очевидная версия — что Ордынцем называли человека, имевшего отношение к тюркским народам, выходца из Орды или того, кто долго жил в тех краях.

Вторая версия более живописна и касается внешности. Не исключено, что прозвище Ордынец мог получить русский человек, который внешне напоминал тюрка: смуглой кожей, чёрными глазами и волосами. В народе такие прозвища давали цепко и на всю жизнь, а уж потомок этого человека с лёгкостью получал фамилию по отцу. Отсюда же выросла и третья гипотеза: если внешность ни при чём, то Ордынцем могли наречь за характер — суетливого, шумного, крикливого человека, который вёл себя «по-ордынски» — бойко и беспокойно.

Есть и более экзотическая версия, уводящая нас на север. Некоторые исследователи выводят прозвище от коми-пермяцкого слова «орда», которое переводится как «бурундук» или «земляная белка». Если предок носил рыжеватые волосы или был юрким и запасливым, шустрым, как зверёк, — такое прозвище тоже могло закрепиться. Правда, эта версия менее распространена, чем «ордынская», но полностью сбрасывать её со счетов не стоит, особенно если фамилия бытует в северных регионах.

Исторические документы подтверждают, что фамилия не была редкой и встречалась в среде служилых людей и писарей. В трудах известного историка и археографа Степана Веселовского упоминаются родственные прозвища и фамилии: Орда Андрей Филиппович Нащокин (вторая половина XV века), а также непосредственно Ордынцевы — Игнатий Иванович, писец, зафиксированный в 1562 году в Костроме, и Борис Иванович, упоминаемый в 1582 году. Это говорит о том, что уже в XVI веке фамилия Ордынцев существовала в центральной России и принадлежала людям грамотным, приказного чина.

Таким образом, потомок человека с прозвищем Ордынец со временем получил фамилию Ордынцев. Сегодня она звучит как крепкая, историческая, с явным «восточным» привкусом, который, впрочем, мог быть лишь отражением внешности или темперамента далёкого предка.