Фамилия Осечкина хранит память о прозвище дальнего предка — Осечка. В основе лежит нарицательное слово «осечка» в значении «промах, неудача». Так могли назвать человека, у которого дело не ладилось с первого раза: не выходила работа, не удавалась затея. Прозвище закреплялось за ним как самое употребительное именование, а уже от него по обычной русской модели образовалась фамилия: Осечка → Осечкин → Осечкина.

Есть и вторая гипотеза, и она интереснее. Если отталкиваться от глагола «сечь» в значении «бить» и приставки О-, то Осечка — это тот, кого секли, пороли. В таком случае прозвище могло достаться слабому человеку, которого постоянно били, или, напротив, тому, кто сам был горазд драться. Эта версия менее популярна, но словообразовательно вполне состоятельна: приставка О- + глагол «сечь» как раз и даёт форму «осечь», от которой естественно образуется прозвище.

Третье значение слова «осечка» — военное: отсутствие выстрела из-за неисправности оружия или патрона. Если прозвище связано с ним, то Осечкой называли стрелка, у которого ружьё часто давало сбой. Такое именование могло закрепиться за человеком, чья служба была связана с оружием, — например, за охотником или ратником. Однако эта версия упирается в то, что прозвище в таком случае носило бы скорее насмешливый оттенок: вряд ли воина гордо называли бы по его неудачному выстрелу.

Какую из трёх версий выбрать — вопрос открытый. Наиболее правдоподобной выглядит первая: прозвища по характеру и поведению в народе давали чаще, чем по редким военным казусам. Да и слово «осечка» в значении «неудача» было в ходу повсеместно, тогда как оружейный термин — уже. В любом случае фамилия Осечкина — не случайный набор звуков, а слепок с живого прозвища, которое когда-то точно описывало конкретного человека. Потомки того, кого звали Осечкой, со временем стали Осечкиными, а их дети и внуки — Осечкиными.