Фамилия Осьмушкина ведет начало от мирского имени Осьмушка, которое в старину давали не при крещении, а в быту. В основе имени лежит древнерусское слово «осмъ» — «восемь», причем без начального «в», как и в других славянских языках: по-болгарски и по-сербски будет «осми», по-польски — «osmy». Привычное нам «восемь» — более поздняя форма, а в XVI–XVII веках говорили именно «осмь».

Скорее всего, Осьмушкой называли восьмого ребенка в семье. Имя это не выдумка: оно документировано в описи города Мурома за 1636 год. В народной традиции число восемь считалось добрым знаком, символом удачи и счастливого предзнаменования, а христианская символика связывала его с восстановлением и возрождением. Поэтому имя Осьмушка давали с надеждой, что ребенок вырастет благополучным и везучим.

Фамилия образована по стандартной для русских фамилий модели: к основе Осьмушк- добавили суффикс притяжательного прилагательного -ин, который указывал на принадлежность: Осьмушкин сын, то есть сын Осьмушки. Со временем форма закрепилась как фамилия, а Осьмушкина — ее женский вариант.

Сам суффикс -ин в русских фамилиях встречается реже, чем -ов/-ев, и обычно указывает на прозвищное или личное имя отца, оканчивающееся на -а или -я. Здесь этот случай: Осьмушка → Осьмушкин. Такая модель типична для северорусских и поволжских территорий, и муромская фиксация имени хорошо вписывается в этот ареал.

Однокоренные фамилии — Осьмухин, Осьмин, Осьмеркин — встречаются реже и могли возникать независимо в разных регионах. Но именно Осьмушкин сохраняет уменьшительно-ласкательную форму имени, что говорит о теплом, домашнем отношении к ребенку. В крестьянской среде, где семьи были большими, порядковый номер ребенка нередко становился его прозвищем на всю жизнь, а затем переходил к потомкам.

Так что носительница фамилии Осьмушкина может уверенно связывать свою родословную с восьмым ребенком в семье предка, жившего не позднее XVII века, — и с пожеланием удачи, которое вложили в это имя родители.