Фамилия Ожихин с первого взгляда кажется простой, но за ней скрывается сразу несколько возможных историй. Наиболее вероятно, что это фонетический вариант более известной фамилии Ожигин, а её основа — старинное прозвище Ожига. В словаре Владимира Даля у слова «ожига» находим два неожиданных значения: так называли палку, заменявшую кочергу у печи, и древко, обожжённое на конце, которое использовали как пику или копьё. Если прозвище давали по этой аналогии, то оно могло указывать либо на внешность — сутулость, согбенную фигуру, напоминающую изогнутую кочергу, — либо на ремесло человека, который такие кочерги или пики изготавливал.

Но у версии есть и второе дно. Ожигой в народе называли жгучую крапиву, а потому прозвище Ожига мог получить человек с острым языком, умевший словом ужалить не хуже этого растения. Третья, менее очевидная, гипотеза связывает фамилию с топонимом: в Удмуртии протекает река Ожиха, и выходец с её берегов вполне мог получить прозвище по месту жительства.

Морфологически фамилия образована по типичной русской модели: к основе Ожих- добавился суффикс -ин, указывающий на принадлежность роду. То есть Ожихин — это буквально «сын Ожихи», а Ожиха, в свою очередь, — форма того же прозвища Ожига с характерным для северных и вятских говоров переходом «г» в «х». Именно этот фонетический сдвиг и объясняет, почему от одного корня появились две разные на письме, но родственные фамилии — Ожигин и Ожихин.

Какая из версий правдоподобнее? Первая, с кочергой и пикой, выглядит солиднее: она опирается на словарное значение и объясняет, почему прозвище вообще возникло. Версия с крапивой возможна, но такие прозвища встречаются реже. Топонимическая гипотеза не исключена, однако река Ожиха — локальный объект, и вряд ли она дала бы фамилию, распространённую за пределами Удмуртии. Как бы то ни было, все три пути ведут к одному: прозвище закрепилось за человеком как основное именование, а его потомки со временем стали писаться Ожихиными.