Фамилия Пальцев напрямую связана с прозвищем Палец. В старину так могли назвать человека невысокого роста — по мерке, сравнимой с длиной пальца. Эта версия наиболее распространена в народной этимологии, и она вполне логична: прозвища по физическим особенностям давали повсеместно.

Однако вторая гипотеза выглядит не менее правдоподобной и ведёт нас к ремеслу. Словом «палец» в некоторых говорах называли не только часть руки, но и деревянный или железный стержень, штырь, засов. Мастер, который делал такие детали для телег, саней или строительных конструкций, вполне мог получить прозвище Палец. Отсюда и версия, что основатель рода Пальцевых занимался ремонтом экипажей или плотницким делом. Обе трактовки имеют право на жизнь, но ремесленная кажется даже более конкретной: прозвища по профессии в крестьянской среде встречались чаще, чем по росту.

Сама фамилия образована по простой и типичной для русских фамилий модели: прозвище Палец плюс притяжательный суффикс -ев. Такой суффикс указывает на принадлежность: Пальцев буквально означает «сын Пальца», то есть потомок человека с таким прозвищем. Окончание -ев, а не -ов, объясняется мягким согласным в основе слова «палец» — это стандартное правило русской морфологии.

Интересно, что фамилия Пальцев не уникальна: в русских деревнях параллельно бытовали однокоренные фамилии Пальцов, Пальчиков, Пальчук и даже Пальцевский. Но именно форма Пальцев закрепилась в центральных и северных губерниях России, где прозвища от названий частей тела и предметов обихода были особенно распространены. Встречается она и в дворянских, и в крестьянских родах, что говорит о её давнем и широком бытовании.

В документах фамилия фиксируется с XVII века, когда крестьян и посадских людей начали переписывать с указанием прозвищ отцов. Так что, если вы носите фамилию Пальцев, ваш предок почти наверняка был либо мастеровым человеком, делавшим деревянные «пальцы» для телег, либо просто невысоким крепким мужиком, которого в шутку сравнили с пальцем. Точную версию сейчас уже не установить, но обе они рисуют образ человека из рабочей среды, чьё прозвище оказалось настолько цепким, что пережило века.