Фамилия Парчина — это женская форма, но в русской традиции она почти всегда закреплена за мужчиной: Парчин — Парчина. Поэтому разбирать основу имеет смысл с мужского варианта. На первый взгляд всё просто: перед нами типичная «патронимическая» модель с суффиксом -ин, которая в XVI–XVII веках стала главным способом образования русских фамилий. Суффикс -ин указывает на принадлежность: «чей?» — «Парчин», то есть сын Парчи. Но вот с самим именем или прозвищем Парча всё не так однозначно.

Самая правдоподобная версия отсылает к слову «парча» — дорогая ткань с золотыми или серебряными нитями. В старину прозвище Парча могли дать либо зажиточному купцу, торговавшему такой тканью, либо портному, который с ней работал, либо просто щеголю, любившему наряжаться в дорогое платье. В говорах встречается и пренебрежительное значение: «парчой» иногда называли чванливого, спесивого человека, который важничает, хотя на деле не так богат. В любом случае прозвище — не имя, а характеристика, и оно могло закрепиться за родом.

Менее вероятна, но тоже возможна версия от календарного имени Парфений. В народной речи имя Парфений сокращали до Парфён, Парша, Парха, Парча. Фонетически переход «Парф» → «Парч» объясним: «ф» перед мягким звуком могло замениться на «ч» в диалектах. Однако если бы фамилия пошла от Парфения, мы бы чаще встречали варианты Парфёнов, Паршин, Пархаев. Парчин — форма более редкая, и это как раз указывает на её прозвищное, а не крестильное происхождение.

В географическом плане фамилия Парчина встречается разрозненно, без ярко выраженного «гнезда». Её фиксируют в Поволжье, на Урале и в Сибири — в тех регионах, куда в XVII–XVIII веках активно переселялись крестьяне и посадские люди из центральной России. Это косвенно подтверждает бытовую, а не дворянскую природу фамилии: Парчины не оставили следов в родословных книгах, а значит, скорее всего, были крестьянами или мещанами. Есть ещё одна любопытная деталь: в некоторых южнорусских говорах «парчой» называли не ткань, а вид плетёного изделия или даже неопрятную женщину. Это расширяет круг возможных прозвищ, но не меняет общего вывода — фамилия образована от личного прозвища, связанного с бытом или характером предка.