Фамилия Парт — редкая для русской ономастики, и её происхождение уводит нас скорее в немецкую, чем в славянскую языковую среду. В основе, вероятнее всего, лежит немецкое слово Part, которое переводится как «часть» или «доля». Отсюда и главная версия: прозвище Парт относилось к «профессиональным» именованиям, то есть указывало на род занятий. Так могли назвать человека, который занимался разделом чего-либо, например, землемера или того, кто вершил дележ добычи или наследства.

Но есть и вторая, не менее любопытная трактовка. Прозвище Парт могло закрепиться за человеком невысокого роста — как бы «малой частью» от чего-то целого. В таком случае оно переходило в разряд именований по внешности, что тоже часто случалось в народной традиции. Обе версии имеют право на жизнь, хотя профессиональная выглядит убедительнее: слово «часть» в значении «надел» или «доля земли» в немецких диалектах звучало естественно для землемерного дела.

Сама фамилия пришла в русскую среду, скорее всего, через балтийских немцев или переселенцев, осевших в западных губерниях империи. Подтверждение тому находим в Книге памяти Псковской области: там упоминается рабочий игрушечной мастерской Парт Александр Гансович, родившийся в 1880 году в селе Ново-Корьевское Порховского района. Отчество Гансович выдаёт немецкое происхождение отца — Ганс, а сам факт работы в игрушечной мастерской любопытно перекликается с прозвищной версией: резчик или мастер, делавший игрушки, вполне мог получить имя по «доле» — части материала или прибыли.

Интересно, что фамилия не получила русской адаптации в виде суффиксов -ов или -ин. Она осталась в «чистом» виде, что говорит о позднем закреплении и о том, что носители долго сохраняли связь с немецкой средой. В отличие от фамилий вроде Партов или Партин, которые могли бы возникнуть при обрусении, форма Парт застыла как есть, сохранив исходное звучание.

Если копнуть глубже, то в немецкой ономастике Part встречается и как сокращение от имени Партольд или Партемунд, но для русской почвы эта версия маловероятна: слишком мало следов таких имён в документах. Более правдоподобно, что перед нами именно прозвище, закреплённое за родом деятельности или внешностью, а уже потом ставшее фамилией.